На мгновение в комнате воцарилась тишина. Маммон сжал кулаки, но внешне оставался спокойным. Его взгляд стал ещё холоднее, как будто он пытался заморозить Асмодея своими словами.
– Ты закончил? – наконец спросил Маммон, едва заметно склонив голову.
Асмодей рассмеялся, и его смех разнёсся по комнате, как раскаты грома.
– О, дорогая Маммона, мы оба знаем, что я только начал.
Асмодей резко перестал смеяться, как будто выключили звук. Его лицо утратило насмешливое выражение, а в глазах появился холодный блеск. Он медленно выпрямился, и теперь его фигура казалась ещё более внушительной, и шагнул ближе к Маммону.
– Знаешь, сестра, – начал он, и его голос стал мягким, но от этого ещё более опасным. – У нас с тобой есть договор. Или ты уже успела забыть?
Маммон скрестил руки на груди, стараясь не выдать ни капли эмоций.
– Как я мог забыть, если ты напоминал мне об этом каждый раз, когда заходил сюда? – холодно отозвался он.
Асмодей усмехнулся, склонив голову набок, словно оценивая, как далеко он может зайти.
– Тогда позволь мне напомнить тебе ещё раз, чтобы ты не питала лишних иллюзий, – его голос стал чуть громче, как удар хлыста. – Только с моего разрешения ты можешь покинуть этот мир. Только я решаю, когда и как тебе будет позволено переступить порог этого места.
Маммон почувствовал, как внутри у него всё закипело, но внешне он оставался неподвижным, словно высеченным из камня.
– Это было частью сделки, – продолжил Асмодей, делая шаг вперёд. – Сделки, которую ты заключила добровольно. Или теперь ты хочешь заявить, что не знала, на что идёшь?
Маммон молчал, плотно сжав губы. Внутри него росло острое желание разорвать эту тонкую нить, которая связывала их. Но он знал, что это не так просто.
– Ты думал, что сможешь обмануть меня? – спросил Асмодей, его тон стал ледяным. – Что, стоило мне отвернуться, как ты попытаешься обойти наши условия?
– Я ничего не предпринимал, – коротко ответил Маммон, его голос звучал ровно, но напряжение в комнате становилось невыносимым.
Асмодей улыбнулся, но это была не радостная улыбка, а насмешка.
– Я верю тебе, сестра, – произнёс он, делая шаг назад. – Но помни: одна ошибка – и всё, что у тебя осталось, будет уничтожено.
Он развернулся, оглянулся через плечо, чтобы бросить последнее замечание:
– И не забывай, кто здесь хозяин.
Маммон уже пытался вернуть своё внимание к бумагам, явно показывая, что разговор окончен, но Асмодей не двигался с места. Его фигура всё так же возвышалась посреди кабинета, излучая уверенность.
– Знаешь, сестра, – начал Асмодей, медленно обводя взглядом комнату, словно искал, за что ещё зацепиться. – Пока ты прячешься за этими скучными бумажками, в твоём окружении появился кое-кто… довольно интересный.
Маммон оторвался от стола, его взгляд стал настороженным.
– Что ты имеешь в виду? – спросил он, но его голос прозвучал слишком ровно, словно он заранее знал, о чём пойдёт речь.
Асмодей ухмыльнулся, проведя тонкими пальцами по золотому узору на лацкане пиджака.
– О, я говорю о Вилене. Кажется, так её зовут, верно? Та девчонка с короткими волосами. Ты ведь уже успела заметить её… необычность.
Маммон остался неподвижен, но лёгкая дрожь пробежала по его пальцам.
– Что с ней? – коротко спросил он.
– С ней? Ничего, – протянул Асмодей, наслаждаясь моментом. – Но вот с тобой… Это занятно. Ты ведь не уделяешь внимания обычным смертным. Так что же в ней такого особенного?
– Она не имеет значения, – резко ответил Маммон, но Асмодей лишь рассмеялся.
– Не имеет значения? Ох, сестра, мы оба знаем, что это не так. Ты бы не тратила на неё столько мыслей, если бы она была для тебя просто ещё одной душой в этом мире.
Маммон тяжело выдохнул, пытаясь скрыть своё раздражение.
– Если ты хочешь сказать что-то конкретное, скажи. Хватит ходить вокруг да около.
Асмодей подошёл ближе, его глаза блестели от едва сдерживаемого веселья.
– Хорошо, хорошо, – усмехнулся он. – Если она тебе так интересна, почему бы мне не сделать тебе небольшую… уступку?
– Какую ещё уступку? – голос Маммона стал низким и напряжённым.
– Дать тебе немного больше свободы. Скажем, возможность проводить с ней время. Гулять, разговаривать… наслаждаться её компанией. Разве это не то, чего ты хочешь?
Маммон сжал кулаки, его взгляд стал ещё холоднее.
– С чего вдруг такая щедрость?
– Щедрость? – Асмодей сделал вид, что обиделся. – Я просто хочу понять, что ты ищешь в этом человеке. И если тебе так нравится, почему бы мне не позволить тебе немного развлечься?
Он замолчал на мгновение, склонив голову набок, как хищник, изучающий добычу.
– Но помни, сестра: любая ошибка будет на твоей совести. И если ты запутаешься, последствия будут исключительно твоей проблемой.
Маммон ничего не ответил, но внутри у него всё кипело. Асмодей ещё несколько секунд стоял неподвижно, наслаждаясь его молчанием, а затем сел в кресло напротив, словно собираясь задержаться подольше.
– Ну, что скажешь?