Он вышел из машины и, перейдя через дорогу, направился к небольшой группе пальм. Арина тоже вышла, спустилась с насыпи на рисовое поле и осмотрелась. С этой стороны никаких пальм не было. Огляделась – вокруг ни души. Неподалеку виднелась небольшая деревушка, но оттуда ее вряд ли было видно. С дороги ее тоже видно не было. Вздохнула и начала расстегивать брюки. Только собралась их стянуть, как раздался какой-то шорох. Арина испуганно оглянулась. Примерно в двадцати метрах от нее стояло несколько подростков, мальчишек и девчонок. Они стояли полукругом, не двигаясь. Никто не хихикал, ничего не говорил: они стояли с серьезным видом и внимательно смотрели на нее. Арина приподнялась, натянула штаны, сделала отгоняющий жест рукой: уходите, идите отсюда. Никакой реакции. С шоссе раздался голос Олега: «Арин, ты там жива? Ты скоро?» Арина поняла, что сейчас Олег, а чего доброго и Аджой, примутся ее искать. Она застегнула штаны и вернулась к машине. Увидев ее расстроенный вид, Олег подошел к краю дороги и, поняв в чем дело, рассмеялся.
– А почему ты в брюках поехала? Ты же всегда раньше надевала в поездки длинные юбки. Ты в них так прекрасно смотрелась на поле, когда располагалась там для священнодействия – этакий экзотический цветок посреди рисового поля.
– Тебе смешно, а у меня сейчас пузырь лопнет, – Арине было не до смеха. – Мне же сказали, что теперь повсюду заправочные станции, а там туалеты.
Аджой тоже понял, в чем дело. Он открыл багажник, достал свою сумку, покопался в ней и протянул Арине кусок материи. Развернув его, она поняла, что это лунги. Предусмотрительный Аджой взял с собой на всякий случай запасную одежду. Арина обмотала ее, как это делают бенгальские мужчины, вокруг талии и вновь отправилась на поле.
– Их теперь почти сто пятьдесят миллионов. И раньше стоило только где-то остановиться, они будто из-под земли появлялись, а уж сейчас – и подавно, – прокомментировал Олег ситуацию, когда они наконец отправились дальше.
Остальную часть пути проделали без приключений. Пустующих земель в Бангладеш практически нет. Для того, чтобы разместить лагеря переселенцев из затопленных территорий, осушили несколько полей, на которых раньше выращивали рис. Аджой рассказал, что местность, выделенная под лагеря, находилась в низине и в сезон дождей регулярно затапливалась. Это было неплохо для рисовых посевов, но не для человеческого жилья. Правда, палатки, в которых поселили беженцев, назвать жильем можно было с натяжкой. Подразумевалось, что в будущем для беженцев правительство построит дома. Но никаких домов, естественно, построено не было.
Когда подъехали к первому такому лагерю, Арина ужаснулась. Поле было заставлено палатками, стоявшими вплотную одна к другой. Сейчас был как раз сезон муссонов. И хотя последнюю неделю дождей не было, тем не менее, идти по полю пришлось по щиколотку в грязи. В самом лагере, там, где было особенно грязно, лежали доски. Внутри палаток было так сыро, что ткань изнутри покрылась плесенью. Что же здесь происходит, когда начинается настоящий тропический ливень?
Аджой разыскал человека, который был кем-то вроде старосты этой деревни. Именно с ним встречался и Питер Гилмор. Прежде всего, Арину интересовало, какие вопросы задавал Гилмор, что он пытался узнать? Ответ ее не удивил: Питер пытался выяснить, все ли жители затопленных деревень оказались здесь, в лагере. И ответ она уже предвидела: нет, не все. Дальше задача оказалась сложнее. То ли старик действительно мало чего знал, то ли не очень хотел делиться информацией с иностранкой, а тем более с женщиной. По выражению его лица понять чего-либо было невозможно. Да и лицом это трудно было назвать. Вернее можно, но не лицом человека, а скорее мумии. Такое же иссохшее и черное. Они беседовали под навесом из высушенных пальмовых веток. Для Арины и Олега нашлось некое подобие скамьи. Старик сидел на корточках, смотрел себе под ноги и периодически наклонял голову то влево, то вправо, что в Бангладеш означает вовсе не «нет», а, наоборот, «да». Правда, в случае со стариком это не всегда соответствовало истине. Иногда он кивал «да», а потом выяснялось, что он все-таки ничего не сказал или сказал, что не знает. В общем, он вконец запутал не только Арину и Олега, но и Аджоя, выполнявшего роль толмача. После длительного и мучительного сеанса вопросов и ответов Арине удалось узнать примерно следующее.
Задолго до намеченной эвакуации в деревнях, подлежавших переселению, появлялся молодой бенгалец, который предлагал жителям, имеющим деньги, выехать в другие страны. Суммы, которые надо было заплатить, варьировались – от восьми до восьмидесяти тысяч бангладешских така. Это примерно соответствовало суммам в сто долларов и тысячу долларов. Их деревня была очень бедной, сумму восемь тысяч набрало лишь человек десять. А вот в соседней деревне нашлись три человека, которые смогли набрать все восемьдесят – у них родственники в городе. Эти люди уехали раньше остальных. Куда? Старик не знал. Он твердил лишь одно: Читтагонг, Читтагонг.
