- Знакомьтесь, посол из Города Изгоев. Он не побоялся прийти сюда. За это я хвалю его. Только этот человек не учёл одного. Власть в этих землях сменилась. Он хотел диктовать условия. Возможно, это бы подействовало на моего предшественника, но только не на меня. К чему это я? – он усмехнулся. – Вы пришли сюда просить снижения налога на кровь, и я это сделаю, - люди при этих словах облегчённо вздохнули. – Для меня нет необходимости в таком количестве крови, как для предшественника, который любил роскошные балы и большое количество гостей, среди которых подавляющее большинство — вампиры. Как вы понимаете, для такого банкета нужно не меньше полсотни литров свежей крови.
- Наверное, - прошептал один из людей.
- Семь лет назад в кровавое полнолуние было выпито девяносто три литра крови. При этом полностью осушены семнадцать молодых дев и десять мальчиков. Обратите внимание — мальчиков, а не юношей. Самому старшему мальчику было двенадцать лет. И даже тогда вы молчали. Никто из людей, а точнее, из вашей делегации, никто даже слова не сказал. Были инциденты со скорбящими родителями, но их быстро пускали на пир солдатам. И так продолжалось на протяжении более трёхсот лет. Мне людей действительно жаль. Они не выбирали свой жизненный путь в качестве нашей еды. Так распорядилась природа и эволюция. Вы же понимаете меня? – посмотрел он на них.
- Да, - хором ответили они.
- Тут дело не в тиране. Не в том, что он творил с вашим биологическим видом. Я прекрасно понимаю, что против вампиров вам не выстоять без должной подготовки и снаряжения. Дело тут именно в вас. В верхушке так называемой делегации. Пока вы жируете и развлекаетесь, ваши люди страдают и умирают. Как я говорил ранее, я видел не так давно людей. И они были худые и бледные. По вам этого не скажешь. Вот ты, - вампир указал на самого жирного человека. – Засучи рукава и покажи свои руки.
- Я? – с испугом спросил толстый.
- Да. Ты.
- Но, - жирный человек с трудом засучил один рукав, а со вторым ему помогли.
- Руки целые. Нет не единого пореза. Насколько я помню, то вены вскрывают именно на запястье, так как там легче заживает и не мешает в дальнейшей работе в поле. У тебя нет не единого пореза. На вид тебе пятьдесят лет. За такое время хочешь не хочешь, но единожды тебе бы пришлось сдать кровь. Только ты не сдавал кровь. Почему?
- Я родился больным мальчиком, - пытался оправдаться он.
- Наверное ты не знаешь, но я чувствую ложь. Этот опыт приходит с годами и с последующими десятилетиями закрепляется мёртвой хваткой. Я знаю, что ты лжёшь. Ещё одна ложь, и я лично узнаю, чем же ты был болен в детстве, - Дрейк ему подмигнул. Тот мгновенно стал бледным. – Почему ты не сдавал кровь наравне со всеми?
- Я… - толстяк сглотнул ком в горле. – Я был болен…
Не успел толстяк договорить, как Дрейк оказался возле него и в мгновение ока вырвал гортань. Струя алой крови начала брызгать в разные стороны. Вампир впился клыками в шею толстяка. Не стесняясь никого, он жадно впивался в жертву и насыщался кровью. Спустя пару минут он отпустил бездыханное тело, которое с глухим грохотом упало на пол. Дрейк взял с шеи человека шарф и начал вытираться. Когда закончил с наведением марафета, то вернул окровавленный шарф владельцу. Он видел страх в глазах остальных и будто питался этим.
- Он ничем не болен, - вынес вердикт Дрейк. Сел на трон. Посмотрел на четверых оставшихся людей. Показательно подсчитал их указательным пальцем. – Покажите свои руки…
Не успел договорить Дрейк, как все быстро выполнили его просьбу. Вампир посмотрел со своего места на оголённые руки людей и заметил, что шрамы были только у одного человека. И этот человек был самым пожилым. Вампир усмехнулся. Пальцем указал на самого старого и велел ему выйти вперёд.
- Ваше имя? - спокойным голосом спросил кровосос.
- Галион, мой Владыка, – поклонился он.
- Вы единственный, кто сдавал кровь. И вы единственный, кто точно жил среди крестьян, хоть и выглядите вы богато. Скажите честно, как давно вы находитесь в делегации?
- Два дня, - виновато ответил Галион.
- Два дня, – призадумался кровосос. – Вас позвали в делегацию буквально до выезда?
- Всё верно, мой Владыка, - скромно и тихо ответил старик.
- Знаешь, почему? – Дрейк бывал пару раз на таких собраниях, где людская делегация пыталась добиться своего место под солнцем. И в каждой такой делегации был немощный старик в дорогой одежде. И всегда он молвил слово. «Всё, как по накатанной дорожке!» - пошутил как-то Артикон.
- Нет.
- Так вышло, что с каждым прожитым веком вампир становится бесстрашнее и, как бы парадоксально не звучало, но и бессовестнее. И вы, - он указал на всех. – Людишки, это прекрасно знаете. Также твои временные друзья знают, что первым убьют того, кто молвит. Понимаешь всю суть их гнилого поступка? - Дрейк дождался, когда старый мозг собеседника обработает информацию и воспримет, как положено. – Галион, ты лишь разменная монета. Если не получится донести до Владыки свою идею, то именно ты умрёшь первым.
