Хет встал, ухватился за край более высокой кровли и подтянулся. Дом Раду имел на крыше четыре ветровых башни; там же возвышалось несколько кучек битого кирпича, разнообразя голую поверхность плоской кровли. Они создавали великолепные укрытия для любого числа налетчиков. Он подождал, пока Илин отыщет выщербинки в стене — опору для ног, а сам в это время настороженно присматривался, не шевельнется ли что-то на крыше. Ничто не двигалось, но помня, что зрение Хранителей в темноте куда лучше, чем у него, он не видел причин не доверять Илин или сомневаться в ее словах. Илин подтянулась на руках и села рядом с Хетом. Он тихо спросил ее:
— Видишь что-нибудь?
Она отрицательно покачала головой. Хет сделал ей знак идти налево, а сам двинулся направо, одновременно вытаскивая нож. Если это были местные воры, которые решили именно сегодня ночью «взять» дом Раду, они скорее убегут, чем вступят в сражение. Во всяком случае, именно так действовал сам Хет, когда обворовывал дома патрициев на Третьем ярусе. Он добрался до третьей ветровой башни, обнаружил, что за ней никто не прячется, и бесшумно скользнул ко второй.
…Это если они воры… Не успел он доползти до второй ветровой башни, как что-то взорвалось прямо за его спиной. Он вообще-то ожидал, что тот, кто прячется, нападет на Илин, которую сочтет слабейшим противником, и будет неприятно удивлен, обнаружив опытного бойца, вооруженного боль-палкой. Это задержит нападающего, а Хет тем временем успеет добраться до него по крыше. Это была наилучшая тактика, которую можно было применить в данной ситуации, но, видимо, противник не желал считаться ни с какой тактикой.
У Хета хватило времени лишь на то, чтобы нанести один удар ножом, но клинок только слегка коснулся ключицы нападающего и тут же был вырван из руки криса, а сам Хет оказался лицом к лицу с кем-то равным ему по росту, но еще более ловким. Затем противник Хета сделал подсечку, и крис спиной рухнул на теплый камень крыши, пытаясь руками оттолкнуть грозившую его голове боль-палку. Придавившее его тело было тяжелым, но явно женским. Хет ухватил женщину за предплечье, стараясь отодвинуть ее руку от своего горла, и ее кожа показалась ему нежной, как шелк, натянутый на крепкий камень. Хет вывернул ей кисть, боль-палка упала, но незнакомка двинула Хета локтем в подбородок, заставив отпустить себя.
Женщина вскочила на ноги, ее капюшон свалился, и скудный лунный свет показал Хету ее профиль и посеребрил неприкрытые светлые, кажущиеся бесцветными волосы. «Я знаю, кто это», — подумал он сбивчиво. Хет не мог видеть, течет ли у нее кровь от удара ножом или нет. Во всяком случае, рана нисколько не уменьшила быстроты ее движений. И тут же еще две темные фигуры выскочили из-за прикрытия, перепрыгнули на другую крышу, а женщина схватила свою боль-палку и повернулась, чтобы последовать за ними. Тут-то Хет изо всех сил и пнул ее в колено, свалив с ног.
Она тяжело рухнула на крышу, но тут же откатилась в сторону и вскочила на ноги, будто и падение, и удар ногой были совершеннейшими пустяками.
Она было замешкалась, но, когда Хет с трудом поднялся на ноги, бросилась за своими товарищами, легко перепрыгнув на крышу соседнего дома.
И сейчас же рядом с ним возникла Илин. Сражение продолжалось всего несколько секунд.
— Ты разглядел, кто это? Шискан сон Карадон! Мы ее видели во дворце. Значит, и Констанс тоже тут!
— Был тут. Не знаю, заметила ли ты, но они здорово торопились покинуть эти места. — Хет потрогал нижнюю челюсть и вспомнил дочь судьи, которая была последовательницей Констанса и которая подняла голову, когда наследница, стоя у окна, назвала ее имя, хотя была так далеко, что никак не могла расслышать сказанное. Он и сегодня видел ее не слишком ясно, но это мало что меняло в его отношении к ней.
Хет встал на ноги и, поискав немного, обнаружил свой нож там, куда тот откатился. Он тщательно вытер пальцами лезвие. Пальцы тут же окрасились кровью. «Шискан сон Карадон. Все-таки я достал ее, но для нее это все игрушки, Констанс ведь тоже не почувствовал удара боль-палки Илин тогда в Пекле».
— Должно быть, они следили за нами в наш первый визит сюда. — Илин в гневе ударила кулаком по колену. — И если они узнали, кому Раду продал древнюю реликвию…
— В любом случае стоит поглядеть. — Может, это позволит ему забыть о жгучем желании заняться любовью с женщиной, которая только что старалась его убить. — Пошли!
В крышу была вделана легкая медная задвижка, позже укрепленная железными болтами. Эти крепления уже ни к чему, если замок все рано сбит. Внутрь шла узенькая лестница, кончавшаяся площадкой с двумя дверями. Одна из них вела в неиспользуемую кладовку, а другая была прикрыта тяжелой хлопчатобумажной тканью. Хет раздвинул портьеру и увидел, что дверь выходит прямо в комнату Раду для гаданий. Это была та самая дверь, откуда сегодня за ним следил тот важный слуга.
