Он посмотрел вверх и обнаружил, что клетка пуста, дверца ее распахнута настежь и висит на сломанных петлях. Он поколебался, прислушиваясь, но в комнате явно никого не было. Ни звука, ни признака жизни Раду или его слуги, но Хет и не ожидал иного после визита сюда Констанса или кого-нибудь из его наемников. Дом был мертв.
Однако смысла рисковать не было.
— Илин! — Хет показал на клетку. — Будь осторожна.
Илин бросила взгляд на пустую клетку и состроила гримасу.
— Ах, как очаровательно! Но если бы я была на месте этого урода, то выскочила бы отсюда и бежала без оглядки, пока не достигла границы этого яруса. — Она оглядела комнату и в задумчивости покусала губу. — У Раду под этим столом были какие-то ящички или отделения, или что-то в этом роде.
— Проверь, а я обойду остальные комнаты на этом этаже.
На первом этаже, по-видимому, никого не было. Никаких следов представительного слуги, хотя Хет нашел комнатушку, где тот, вероятно, спал. Она находилась рядом с комнатой, где хранились вода, масло и зерно. Внутренний дворик был пуст, если не считать довольно безобразного фонтана, откуда вода подавалась на кухню, и куполообразной печи для хлеба. Окна верхних комнат, выходившие сюда, были заделаны кирпичами от воров, что представлялось весьма разумным в этом полузаброшенном квартале. Если у Раду и было что-то ценное, оно должно находиться наверху.
Хет остановился, чтобы зачерпнуть из фонтана пригоршню воды. По крайней мере те заложенные кирпичами окна не могут взирать на него с осуждением. «Где-то в доме лежит мертвый Раду», — подумал он. Самое странное, что нет никакой разумной причины, которая объясняла бы, почему они с Илин не лежат сейчас мертвыми на крыше этого дома. Да, сделка с Риатеном получилась неважнецкая. Торговля предметами старины, конечно, не самое безопасное дело в мире, но в нормальных условиях оно уж не столь и смертоносно. Над крышей пронесся ветер, шевеля пыль, кирпичную и штукатурную крошку, и Хет быстро отступил к стене. Больше ничего не двигалось, и он приказал своему воображению, чтобы оно не слишком разгуливалось. Ведь даже в Пекле призраки и духи воздуха встречались весьма редко.
Он вернулся в главную комнату, где Илин уже успела вывалить на стол содержимое потайных ящиков.
— Ничего тут нет, кроме всякой ерунды, нужной, как я полагаю, для гадания, — сказала она. — Я помню, каков он был, и все больше сомневаюсь, что Раду обладал Истинным Зрением; скорее это был просто фокус, чтобы отделаться от меня.
— Может быть, так оно и было, — согласился Хет, — но странно, что он не заставил тебя заплатить за потерянное время.
Задрапированная дверь скрывала внутреннюю лестницу, ведущую к комнатам верхних этажей. Хет вооружился одним из светильников, взяв его из ниши, и пошел наверх.
Спальня прорицателя находилась на самом верху. Его кровать принадлежала к самой дешевой разновидности из тех, что распространены на верхних ярусах: бронзовая рама, поставленная на короткие ножки и заваленная подушками. Вот тут-то и лежал Раду.
Он наполовину свешивался с кровати, руки были раскинуты на подушках, а ноги вытянуты на покрытом циновками полу. Раду все еще был одет в те же серые одежды, в которых готовился гадать Илин. Возможно, еще не удалился на покой, а просто вбежал в панике в спальню, и тут, когда он рухнул на постель, его и схватили. Крови, которую Хет мог бы видеть или обонять, не было, а глаза Раду, все еще широко открытые, с укором смотрели на противоположную стену.
— Должно быть, это сделал Констанс, — шепнула Илин. — Или Шискан сон Карадон.
— А она тоже может убивать взглядом, как это сделал Констанс в Останце? — спросил Хет. И к своему неудовольствию, обнаружил, что тоже говорит шепотом.
— Не думаю. Чтобы обладать таким могуществом, нужны годы тренировки. Она склонилась над телом. — Полагаю, это было сделано боль-палкой. Похоже, он умер от страха.
Здесь для них тоже ничего не нашлось. Хет прошел через низенькую дверь в следующее помещение и сделал приятное открытие: прямо в стенах этой длинной комнаты были вырезаны полки, на которых лежала коллекция древностей Раду.
Хет прошелся по комнате, осматривая вещицы, время от времени останавливаясь, чтобы потрогать то один, то другой предмет. У Раду было всего лишь несколько изразцов, два из них очень плохой сохранности, с трещинами, которые мешали даже разобрать узор. Были там украшения из мифенина, некоторые с красивыми драгоценными камнями старинной огранки, но большая часть их принадлежала к довольно редким типам — мифенин, стекло, камень изображали животных, лица и морских обитателей. Недоверчивый Хет взял в руки одну из стилизованных масок и долго вертел в пальцах. И вес был не тот, и что-то не то с текстурой материала. «Подделка», — подумал он. Было не похоже, что воры трогали эти вещицы.
В углу стоял металлический ящик. Вышитая ткань, покрывавшая его, оказалась сброшена на пол. При свете свечи Хет внимательно осмотрел шкатулку. Вряд ли ее открывали. Из спальни Раду пришла Илин.
— Нашел что-нибудь? — спросила она, с любопытством глядя на коллекцию.
— Вот это.
