— Значит, плетений здесь быть не должно… — задумался Мирт вслух. — Тот же почерк. Как с гидрой. То, чему на этом эхо не место.
— Именно. Но сейчас таких штук уже пятнадцать, — подтвердил Михаил.
— Это кризис или ещё нет? — уточнил Лёха.
— Для нас — да, — кивнул шеф. — Нужно убрать эту гадость и как можно скорее, пока не пострадало ещё больше людей.
— Это работа противодействия или ликвидации последствий, — вставила Марта.
— Всё так, — мягко повторил Миша. — Но у нас не так много тех, кто способен работать с магией такого рода.
— А на следующем круге это не исчезает? — предприняла последнюю попытку откосить от личного участия Марта.
— Гидра же не исчезла, — сказал Мирт. — И песчанка задержалась.
Упоминание страшной болезни сразу переключило готессу с расспросов на растерянность и тревогу. Да и Риту упоминание об этой болячке передёрнуло.
— Не так давно мы столкнулись со стирателями, — напомнил Михаил. Его мягкий голос обволакивал, словно кисель. — Чудом нам удалось их прибить даже несмотря на предательство, раньше чем пришёл враг… Но они нашли наше слабое место!
Голосом опытного рассказчика, он менял интонацию и добавлял ровно столько эмоций, сколько было необходимо, чтобы выделить фразу и вызвать сопереживание.
— Люди… — потянул он. — Массовое уничтожение и страдания людей — это триггер для стирателей. И они не могут пройти мимо него. Не стоит относиться к ним, как к разумной силе со своей волей. Это просто ответная реакция на события в городе.
— Что конкретно они такое? — спросил я, не особенно надеясь на ответ. Прежде все стремились уйти от разговора о них.
Но Миша меня приятно удивил:
— Специальные разумные монстры, задача которых стереть пораженный участок. Можешь считать их иммунной системой Города. С помощью них он избавляется от участков, которые создают угрозу для других.
— Тогда зачем с ними воевать?
— А мы и не воюем с ними, — мягко ответил шеф. — Мы могли спасти район. Пришло высокое эхо, есть выходы на другие планы и сильная магия лечения. Город действует с запозданием.
— А зачем стиратели забирают пробужденных? — спросила Рита.
— Только тех, кто связан с забираемой землёй.
— Уничтожение зеркала?
— Зеркало просто предмет, оно восстановится с кругом. Лишь бы было чему восстанавливаться. Сотрут тех, чей старт привязан к региону.
— Это уже реально какой-то терроризм,- заметил Мирт — они ведь ничего не получают с этого. А последствия катастрофические даже для них! Это самоубийство!
— Для тех неспящих, что живут в стираемой области — да, — кивнул Михаил. — Но это фанатики. У них аллергия на здравый смысл.
— Нас не так много, но постараемся справиться. Нам ждать сопротивления или сюрпризов?
— Пятнадцать плетений они не защитят, их всё ещё гораздо меньше, чем нас. Так что сомневаюсь что они будут это делать. Но всё может быть, — сказал шеф. — Однако влияние на людей должно быть подавлено. Так что задействуем всех, кто есть. Иначе стиратели придут забирать сразу несколько районов города.
— Постой, а сколько их тогда будет? — дрожащим голосом спросил Мирт.
Михаил посмотрел ему в глаза и после короткой паузы ответил.
— Да, мы не сможем прикрыть сразу несколько областей. Максимум два, да и то не точно. Мы в прошлый раз были на грани от поражения, отбив лишь одну область.
У меня от этих новостей не дрогнул ни один мускул.
Слова нашего шефа о стирателях не сильно соответствовали тому, что я видел сам. Красноглазка на тупого исполнителя не сильно была похожа. Хотя что конкретно она такое, я так и не понял.
Задать этот вопрос я мог лишь Руте. Она была такой же нулёвкой, и была причина, почему так сильно хотела прокачать инкарнацию. Но срок в тысячу лет — это слишком, даже для вечного.
А перебравшись на первую, она что, станет неписем? Или пробуждённым со второй или третьей? Как именно это работает?
— Мы выходим немедленно, — сказал Мирт. — Давай координаты.
— Пятый район. Там два прорыва. Закроете их — дам следующие. А пока пойду, поищу с коллегами тех, кто это делает… Удачи!
— И тебе! — ответил Мирт.
Михаил встал, надел шляпу и поспешил в дождливую осень.
Почти сразу на телефон Мирту пришли три метки геолокации. Он положил его на стол, давая нам самим изучить их. Две вели к зафиксированным местам аномалии, куда-то в спальный район. Причём район, в котором я уже успел немного побродить.
В тех местах жил Полоскун, и там же находилась стройка, на которой мы с ним и Таней оборонялись от рыб.
Метки были, правда, в других местах района, но по большей части он везде был примерно таким же, наполовину занятым промзонами.
Третья метка была значительно ближе к нам. Нужно было пересечь мост, где мы с Таней и Мартой сражались с ползучими титанами, а затем уйти влево, в сторону четвёртого района. Эта метка была нам совсем не по пути — две другие точки находились в пешей доступности друг от друга, так что можно было вызвать такси. А вот к третьей нужно будет идти отдельно… или звать сразу на два адреса.
Эта метка была подписана просто «для Марты». Находилась же она на месте, подписанным как «четвёртое городское кладбище».
