— Что “мам”, разве я не права? Только не говори мне, что уже надавал ей каких-то обещаний, которые всё равно не сможешь выполнить, и настроил планов на совместное будущее…
— Я ничего не обещал, но…
— И слава богу! И не обещай! И вообще заканчивай всё это немедленно!!!
— Как — “заканчивай”?! — слышно было по голосу, что Брэндон психанул. — Ты думаешь, это так легко? У меня тоже есть чувства…
— Слышать ничего не хочу о твоих чувствах, ты их пока не заслужил! Ох, никогда не думала, что скажу такое, но как же хорошо, что ты завтра уезжаешь…
Брэндон ответил что-то неразборчивое, Оля не расслышала.
— Да просто объяснишь ей всё как есть: что тебе сейчас не до романтики, учёба в приоритете, — безжалостно отозвалась миссис Сандерс. — Ольга неглупа, она всё поймёт. Главное, дать ей понять — ничего между вами быть не может, а всё, что уже было — всего лишь… помутнение. Пожалуйста, вежливо объясни ей, что она… просто не так тебя поняла.
И снова в ответ — что-то тихое, неразборчивое, но скорее утвердительное.
— Кстати, как там та милая девушка — твоя однокурсница, которая приезжала на прошлое Рождество? — спросила вдруг миссис Сандерс совершенно другим тоном.
— Эмили…
— Да, Эмили — вы с ней больше не встречаетесь?
— Нет, мы больше не встречаемся. Ещё вопросы?
— А зря. Вот она намного больше тебе подходила по всем параметрам. И тоже будущий врач!..
— Я девушек себе выбираю не по профессии.
— Дорогой, ты же знаешь, что я никогда не лезла в твою личную жизнь до сего дня, но умоляю, не называй Ольгу своей девушкой, это просто смешно! Кстати, ты не думал, что она могла тебя намеренно соблазнить?
— В каком смысле?
— Ну, специально завлекала… заигрывала… чтобы ты увлёкся. Ты и увлёкся, болван. А может быть, она просто хочет с твоей помощью зацепиться в Америке. Остаться здесь насовсем… Она всегда с таким восторгом говорит о Штатах! Я не сомневаюсь, что если бы у неё был выбор, она с лёгкостью оставила бы Россию и переехала сюда…
Олю замутило. Она хочет остаться в Америке при помощи Брэндона?! Она его использует?.. Да ей подобное и в голову не приходило!
Почему-то в памяти всплыло, как в рождественскую ночь миссис Сандерс обняла и поцеловала Олю, прежде чем отправиться спать. Какая же она дура — расчувствовалась тогда и приняла это за знак какого-то особо расположения, почти материнской симпатии… Наивная идиотка! К ней с самого начала были добры, очень добры в этом доме, но… как говорится, nothing personal.* А она нагло злоупотребила их гостеприимством и радушием, навоображала себе, что стала для всех Сандерсов близким человеком… за что теперь и расплачивается.
Слушать дальше было совершенно невыносимо. Олю душили слёзы. Оперевшись о стену, она с трудом поднялась и на дрожащих, подгибающихся ногах добрела обратно до их с Джуди комнаты. Там, ничего не видя перед собой, почти наощупь доковыляла до своей кровати и рухнула на неё как подкошенная.
___________________________
* Nothing personal (англ.) — ничего личного.
Рус
Калифорния, наше время
Озеро Тахо по праву считалось одной из жемчужин северной Калифорнии. Растущие вдоль берегов высоченные стройные сосны, живописные пляжи, чистейший воздух, кружащий голову и буквально опьяняющий свежим хвойным ароматом… И бескрайняя, пронзительно-голубая гладь огромного, насколько только хватало взгляда, озера.
Всё вкупе это производило поистине грандиозное впечатление. Рус и Оля долго, очень долго стояли на обзорной площадке, обнявшись и завернувшись в один плед на двоих, и уютно молчали на пару. Если бы у Руса спросили, чего он хочет в данный момент — он бы честно ответил, что ничего, потому что именно здесь и сейчас он был абсолютно, по-детски незамутнённо, безоблачно и безгранично счастлив.
Им было очень хорошо и спокойно вместе. Вниз к воде вела довольно популярная туристическая тропа, но сейчас и на самой площадке, и в окрестностях было не слишком-то многолюдно, так что легко можно было вообразить, будто они остались вдвоём на целой планете. Словно первопроходцы на лоне природы, пока ещё не тронутой цивилизацией…
Рус прижимал Олю к себе, всё время бессознательно поглаживая и уткнувшись носом в её макушку. Она доверчиво льнула к нему, будто котёнок, изголодавшийся по ласке, и с удовольствием отзывалась на его объятия и поцелуи. Он не мог перестать целовать её, постоянно хотелось трогать это лицо и тело своими губами, и Рус то и дело касался Олиных щёк, волос, губ, словно помечал невидимыми печатями: “Моя! Моя! Моя!” Это было офигенно крутое ощущение.
…Здесь же, на озере, они впервые и поссорились.
У входа в один из многочисленных парков, расположенных на берегу, обнаружился симпатичный сувенирный магазинчик с жизненно необходимыми каждому туристу безделушками: магнитиками, кепками, футболками, кружками, брелоками и открытками.
— О! — вспомнил Рус. — Лейла очень просила отправить ей открытку с местным видом. Давай что-нибудь здесь выберем?