– А вот сейчас я не пострадала? – Риторически бросила я уже через плечо так как следующим объектом моего праведного гнева был избран грифон. Из-за него-то, собственно, все и произошло. – Ну, что смотришь? – С нажимом поинтересовалась у стыдливо присмиревшего зверя, упирая руки в бока. – Глазки виноватые прячем. Просто нашкодивший школьник, а не монстр…
Долее я пространно и подробно объясняла ему на сколько он не прав и то, что я даже не подумаю искать его, когда раны без лечения загноятся. Потому что, во-первых, чипы для домашних любимцев здесь еще не изобрели, а, во-вторых, грифон ни разу не домашний любимец. Наверняка в результате такого полного пренебрежения собственным здоровьем конечности ему придется ампутировать и последние свои дни он проведет на огороде какой-нибудь гадалки, гадая явиться ли по его чудом удерживающуюся в теле душу рыцарь, чтобы обзавестись прекрасным трофеем в виде орлиной головы над камином. Сомневаюсь, что зверь понял хотя бы половину сказанного, но общий смысл уловил, окончательно смутился и принялся нежно курлыкать, пытаясь успокоить. Честно признаюсь, странно слышать подобные звуки от огромной бестии, способной одним ударом клюва расколоть череп тролля. И чтобы показать глубину своего раскаянья, зверь плавно опустился на пузо, медленно подполз и униженно ткнулся клювом в ноги, всем своим видом намекая, что повинную голову меч не сечет.
– Ладно. – Великодушно сменила гнев на милость я, извлекая чудом уцелевшую в процессе ловли беспокойного пациента мазь из-за пазухи. Надо же. Не потекла. Не хватало еще пропитаться вонючим составом с ног до головы. – Будем тебя лечить.
– Тогда я за водой. – Поспешно ретировался Еринэль.
Как оказалось последнее ведро он принес, но опрокинул, когда бросился меня спасать и вода благополучно впиталась в песок.
– А я за мясом для грифона. – Дезертировал принц, оставив незнакомца удивленно взирать в мою сторону.
Похоже эльф давно так не развлекался, если развлекался вообще. Это он еще как его Светозарность летает не видел.
Мазь действительно оказалась на удивление вонючей. Стоило только отвинтить крышку, пахнуло так, будто десять скунсов одновременно пустили струю, затем сдохли и стали стремительно разлагаться. Понятия не имею кто составлял этот состав, но наносить его без противогаза было очень сложно. Если мазь не заживит раны зверя, клянусь, его Светозарность горько пожалеет об этом.
Тень
К его удивлению, человеческая девчонка умудрилась не только втянуть его в совершенно идиотский спор, ставкой в котором он тень сам же щедро предложил левбая, но и призвать на помощь грифона. Причем грифон оказался самцом. Поразительно, но леди выиграла, с презрением выдала ему бесполезную уже узду от левбая. Разумеется, Третий мог оспорить результаты пари. Участие грифона в процессе снятия узды со зверя не оговаривалось. С другой стороны – то, что леди не станет прибегать к сторонней помощи и сделает все самостоятельно, тоже никто не говорил. Поэтому эльф без сожаления расстался со зверем. Все равно дни того под седлом были сочтены. Отпущенный же на волю левбай никого не признает хозяином, а значит, потерян и для своей новой владелицы. «Да не доставайся же ты никому!», – внутренне улыбнулся эльф.
Этим способность человечки преподносить сюрпризы не исчерпалась. Она оказалась на короткой ноге с принцем клана Вечного рассвета Атураэлем. Тень не был ему представлен, но этого и не требовалось: принц пару раз мелькнул на приемах и балах, на которых Третий тоже присутствовал, но видел его высочество только издалека. Зато очень хорошо разглядел объявления о розыске наследного принца, разыскиваемого за убийство собственной любовницы. Даже награду объявили. На взгляд тени, поскупились, конечно, (это же не разбойник, грабящий кареты с малым эскортом, а целый наследный принц) но назначили. Скандал в клане Вечного рассвета разразился грандиозный. Принцесса Норандириэль в знак протеста заперлась в своих комнатах и никого не впускает. Злые языки поговаривали, будто на самом деле прекрасной принцессы, которую часто называли сапфиром клана Вечного рассвета за небесно-голубой цвет глаз, в покоях нет. Нет и во дворце. Мол, сбежала эльфийка с кем-то, кого благородный отец точно не одобрит в качестве консорта и уж тем более – жениха. Но на то он и дворец, чтобы полниться слухами. Это свойство любого двора. Эльфийский не исключение. Младший принц Синуссаэль от расстройства слег и не посетил собственный мальчишник. Помолвка с Фредегондой отложена. Что, наверное, и к лучшему. Мало кто считал появившуюся неведомо откуда полукровку достойной парой принцу, пусть и не наследному, но второго в очереди на престол. Мужья прелестной леди имели странную особенность неожиданно умирать. Да уж. Что-то очень неладное творилось в клане Вечного рассвета. Впрочем, самого Третьего вышеупомянутый клан интересовал только в качестве точки на эльфийской политической карте.
