Сара раздраженно вздохнула. К сожалению, теперь ничего не поделаешь. Иногда человек, который тебя не привлекает, без раздумий связывает твою холодность с тем, что ты не способна видеть дальше его физических недостатков, странностей или аномалий, настоящих или воображаемых. «Все дело в моих веснушках», – всхлипывал однажды на пороге ее комнаты первокурсник. «Ничего подобного, – возражала Сара, – все дело в том, что ты за человек».
Но она не могла быть жестокой с Николасом. Он взял на себя роль ее защитника, хотя она подозревала, что его чувства направлены вовсе не на платонические отношения. Да и Сара давно выросла из подобного рода бездумной жестокости. Не разделяемое вожделение – не такая вещь, которой стоит пользоваться.
Или нет? Действительно ли у Макса романтические отношения с маркизой Элизой?
– Ладно, – сказала Сара. – Но только платить будете вы.
Сложно ощущать даже малейшую угрозу, когда уплетаешь кусочки поджаренного хлеба – кростини – с грибами, печеночным паштетом и тыквой и закусываешь их сыром «пекорино», вверившись попечению предупредительного официанта. С террасы отеля «Четыре Сезона» просто сказочный вид, но призрачные шпили собора святого Вита приводили на память не столько братьев Гримм, сколько Диснея.
Вдобавок Николас оказался радушным и щедрым кавалером. Он выглядел истинным джентльменом-космополитом, заказывая для Сары суфле из артишоков с пряными травами, умудряясь болтать на безупречном итальянском с сомелье. При этом он успевал вытащить из элегантного портсигара темно-коричневую гвоздичную сигаретку и прикурить ее от золотой зажигалки. На мгновение перед глазами Сары мелькнул изображенный на портсигаре символ – кружок с точкой посередине. Где она видела его раньше?
Сара потягивала свой коктейль – не приторный «Беллини», а ядреную смесь водки, крыжовниковой и кирша. Ее потрепанный рюкзак официант положил на обтянутую атласной тканью скамеечку для ног. Сара мимолетно пожалела о своих джинсах и футболке, но в ее багаже все равно не нашлось бы ничего, что смогло бы равняться по великолепию с ресторанной скамеечкой. А Николас чувствовал себя в шикарной обстановке совершенно непринужденно.
Сара расслабилась и принялась любоваться рекой и Пражским Градом, расположенным на противоположном берегу. Огромный полотняный воздушный шар пергаментного оттенка поднимал в воздух туристов в привязанной снизу гондоле.
– Расскажите мне о вашем детстве, – попросила она, и Николас послушно углубился в монолог о матери-чешке и испанце-отце, немецкой няньке и летних выездах в Форте-деи-Марми.
К их столу подошла блондинка ростом под метр восемьдесят в облегающем платье от Гуччи. Она наклонилась, демонстрируя пышный бюст, и поцеловала Николаса в губы долгим, неспешным поцелуем.
– Оксана, позволь тебе представить Сару Уэстон, – проговорил Николас, когда его голова, наконец, вынырнула изо рта великанши. – Сара, это Оксана Долезалова.
– Я приятна встретить вас, – сказала Оксана на ломаном английском.
У нее были высокие скулы, белоснежные зубы и туфли на острых пятнадцатисантиметровых шпильках. Рядом с ней Сара почувствовала себя неопрятной девчонкой из колледжа.
– Нико, – проворковала Оксана. – Я ждать тебя прошлый вечер, и ты так и не прийти.
– Непредвиденные обстоятельства, – произнес Нико. – Но я все возмещу, обещаю.
Оксана опять присосалась к нему, улыбнулась Саре и отошла.
– Не могу не спросить, она проститутка? – поинтересовалась Сара. – Я слышала, что такие часто околачиваются в роскошных отелях, но я никогда не видела ни одной вживую – разве что в Нью-Йорке, знаете, на углу, когда поздно возвращаешься из бара, но это вряд ли считается.
Николас насупился.
– Она моя жена.
Сара расхохоталась. Выражение на лице Николаса не изменилось.
– Правда? Оксана… она… ваша супруга?
– Мы поженились прошлой весной во дворце, – ответил Николас ледяным тоном. – Была восхитительная церемония.
Сара на минуту потеряла дар речи.
– Она… очень мила, – выдавила она.
– Она и вправду очень мила – для проститутки.
На сей раз Сара промолчала, зато рассмеялся Николас.
– Я пошутил, – заявил он.
– А я и не поверила, что она ваша вторая половинка. Ловко вы меня провели!
– Нет-нет, Оксана – моя жена. Но не проститутка. Она медсестра.
В Праге, за что ни возьмись, никогда ничего не распутаешь до конца, подумала Сара. Теперь она вообще не понимала, является ли Оксана женушкой Николаса или нет. Значит, они действительно пара? Даже вообразить это оказалось непросто, но Сара решила, что в мире встречается и не такое. А если единственным плодом их рандеву окажется разрушение ее собственной мелочной склонности судить о книге по миниатюрной обложке, что ж… этот вечер можно будет считать потраченным не зря.
– Макс в полном порядке, – заметил Николас.
Сара моментально забыла об Оксане.
– Где он?
– Он во дворце и ждет вашего возвращения.
– Почему вы сразу мне не сказали? – воскликнула Сара, вскакивая со стула.
– Я хотел сперва кое-что прояснить.
Сара опять села.
