Быстро взял, быстро поднял, быстро глянул. Костяшки пальцев не сбиты, но это совсем не обязательно, можно ударить и без вреда для кожных покровов. А если еще и перчатки надеть…
– Да я не об этом! – одернул руку Кудряшов.
– А о чем?
– Бычок у меня забрали.
– Это для коллекции.
– Для какой еще коллекции?
– Да вы не переживайте, все нормально!
Но Кудряшов явно нервничал, ситуация для него была далека от нормальной.
– Странный вы какой-то!
– Издержки профессии, постоянно приходится держать голову в напряжении, что-то думать, выдумывать. Вот вы же могли быть знакомы с Лысенковым Романом Валентиновичем?
Артем в раздумье взглянул на Киру. С одной стороны, разговор не для ее ушей, но с другой, это из-за нее мог погибнуть человек. Лысенков не просто фрукт, в подчинении у него целый завод, а это возможность нанимать людей, в том числе и таких, как Колядин, Сараев, Никишин. Нанимать, содержать и эксплуатировать в своих целях. И с моральным обликом неважно: изменял жене с проституткой. И на Киру мог положить глаз. Может, это он организовал похищение, а Кудряшов все понял и пошел разбираться. Кира могла все знать, именно поэтому Артем не возражал против ее присутствия. Но она никак не отреагировала на прозвучавшую фамилию, имя тоже ей ничего не говорило.
– С Лысенковым? – сделав вид, что удивлен, переспросил Кудряшов.
– Роман Валентинович, генеральный директор производственно-строительной компании «Покров». И владелец участков на Покровском шоссе, у въезда в город, видели, наверное, бревенчатые домики, его, между прочим, производства.
– Знаю такого, и что?
– Кадастровые работы, наверное, проводили?
– Проводил. Для меня все было на законных основаниях: распоряжение, договор аренды.
– И все равно основания незаконные. Для него, – подчеркнул Артем.
– Ну, я бы такие участки взять не смог, мне бы не дали… Так, давай домой, стоишь тут, уши развесила! – вдруг повернулся он к дочери.
Кира загадочно улыбнулась в пустоту перед собой, задорно глянула через плечо на Артема и направилась к дому.
– И ты давай! – махнул на Яшу Кудряшов.
Тот ничего не сказал, но уехал, правда, лишь после того, как Кира скрылась за калиткой. Глянул косо на Артема и скрылся под крышей своего внедорожника.
– Устроили тут цирк! – покосился на Малахова и Кудряшов.
– Это ведь Лысенков пытался Киру похитить? – напористо спросил Артем.
– Лысенков? Киру?.. – Голос у Кудряшова дрогнул. – Кто вам такое сказал?
– А один из похитителей вашей дочери. Некто Никишин подрабатывал сторожем у Лысенкова.
В списках предприятия Никишин не значился, трудовой договор с ним не заключался, но сутки через трое на службу он выходил исправно.
– И что?
– Пока ничего… Но вас видели вчера ночью у Покровского шоссе, неподалеку от места происшествия. И окурок нашли. Точно такой, какой я у вас изъял.
– Это неправда! – разволновался Кудряшов.
– А если правда? – Артем в упор смотрел на него.
– Ну хорошо… Я знал Лысенкова!
– Это я уже слышал.
– И Киру он мог похитить.
– Зачем?
– А понравилась она ему! Вас это удивляет?
– Не очень.
– Он просил меня познакомить с Кирой, я, конечно, послал его к черту! Он женат, разводиться не собирается… С проститутками таскается! Я сразу понял, что это он!
– Как вы это поняли?
– Не важно… Важно, что я сделал!
– И что вы сделали?
– Пошел с ним разбираться!.. Но не успел! Прихожу, а он уже мертвый. Лежит, глаза открыты!.. Ну, я закрыл… Вы, конечно, мне не верите! – вздохнул Кудряшов. – Считаете, что это я Лысенкова убил.
– А почему вы думаете, что его убили? Может, случайно упал, поскользнулся например…
– Упал и умер? А кровь под головой? Там все в крови было… И лицо в кровь было разбито, – неторопливо выковыривал из памяти Кудряшов.
– Еще что? – с насмешкой подстегнул его Артем.
– Машину видел, человек в нее сел, издалека, правда, смотрел, но точно мужчина садился…
– Какая машина?
– «Нива»… «Ниву» ни с чем не перепутаешь…
Артем кивнул. Холомин действительно ездил на «Ниве». И оставлял он ее недалеко от места преступления. Хотя и близко не подъезжал, чтобы не вспугнуть любовников, хотел застать Марту-Марину на месте преступления.
– Была «Нива», – сказал он. – Белая. И мужчина садился.
– Вы что, его задержали? – Кудряшов смотрел на Малахова, изнывая от внутреннего напряжения. Страшно ему, надежда на спасение робкая, а в тюрьму так неохота.
– Задержали. И признание получили. Чистосердечное, ответил Артем.
Как-то не очень верил он Кудряшову, чувствовал фальшь в его объяснениях, вдруг это все-таки его удар оказался смертельным для Лысенкова? А про «Ниву» он мог узнать, потому что наводил справки. Может, у него знакомый в полиции служит. Тот же Щеколдин, например… Хотя Щеколдин вряд ли, не похож он на болтуна или простака, способного слить по дружбе тайну следствия. Он бы в два щелчка раскусил Кудряшова, обратись тот к нему за содействием. А может, и раскусил. Может, и стружку содрал. Все возможно… Но наказывать Кудряшова не хотелось. Как ни крути, а Лысенков действительно аморальный тип, и на Киру мог положить глаз. Кудряшов молодец, если пошел разбираться с ним из-за дочери.
