– Меня зовут Урлапов Егор Дмитриевич, – он вытащил из кармана пиджака визитку и небрежно протянул Лизе двумя пальцами, словно банковскую карту официанту, принесшему счет на десять тысяч.
– М-м-м, генеральный директор УНП, – она взяла карточку и с деланным любопытством стала изучать. – Это еще что такое? Уголовно наказуемое преступление?
Легкий намек на улыбку и снисходительность разом слетели с лица Урлапова. Он сжал челюсти, и в глазах его появилась злость.
– Это. Уральское. Никелевое. Предприятие, – отчеканил он.
– Оу, круто, – Лиза еле выдавила эти слова и поняла, что далеко зашла, потом неловко махнула рукой, указывая на стены и потолок. – Так это все ваше, да? Круто, да, круто, очень красиво.
– Так зачем вы к нам пожаловали?
– Я-я, – Лиза начала заикаться, совсем как Куликов пару минут назад. – Мне нужно было поговорить с Владленом, – она обернулась ко второму мужчине, который теперь казался еще меньше ростом. – Я от вашей жены, то есть не от нее, я сама по себе. Я-я, я – ее… психолог. И мне кажется, что вам нужна семейная терапия.
Лиза чувствовала, как Урлапов сверлит ее немигающим взглядом, и начинала нервничать еще больше.
– Вот, я вам свой номер запишу, – она принялась копошиться в сумке и вытащила ручку, потом начала шарить в поисках бумаги. В руке у нее была визитка Урлапова, но, если использовать ее, такой человек просто в порошок сотрет, поэтому Лиза схватила салфетку, – а вы, как освободитесь, обязательно мне позвоните. Я думаю, вам не нужно рубить сплеча. Есть шанс все вернуть, не нужно ставить крест…
Лиза поднялась и последние слова говорила уже на ходу. Двое мужчин смотрели ей вслед. Один – словно моля не бросать его на съедение хищникам, другой – словно заставляя бежать на край света.
Оставив Куликова и его жуткого босса, Лиза сделала то, что делала довольно редко. Она зашла в магазин и взяла две бутылки вина, шоколад, фрукты и дорогой сыр – спонтанный шопинг по определению должен был поднимать настроение. Но оно все равно оставалось на нуле.
В офисе горел свет.
– Ты чего здесь? – Лиза нашла Настю, почти засыпающую на стойке.
– Я-я… Ничего. Просто… Можно я здесь останусь сегодня?
– А домой чего не пойдешь?
Настя вздохнула и отвела взгляд.
– Там мама. Отсыпается.
Теперь отвела взгляд Лиза. Она понятия не имела, что в таких ситуациях нужно говорить.
– Оставайся. Пошли в комнату, будем топить горе. Знаешь, где у Изольды бокалы?
Настя покорно отправилась в гардероб и вернулась с коробкой с хрустальными фужерами. Наверняка старинными и дорогими, отметила про себя Лиза, раскладывая закуску на столе. Первый бокал каждая выпила молча. Лиза с ногами забралась в кресло, Настя примостилась на краешке стула, с тоской оглядывая бывший офис ее кумира.
– Паршиво-то все как, – буркнула Лиза, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Но, кажется, стало только хуже.
– Почему? – откликнулась Настя.
– В смысле почему? Меня тут против воли заставили впахивать. Еще и работенку подкинули – черта с два выполнишь, а то не видать мне наследства. Вот у тебя было когда-нибудь такое чувство, что, что бы ты ни делала, все против тебя и ничего не выходит?
– Я особо никогда ничего и не делала, – Настя лишь пожала плечами.
– Это как? Все равно же что-то в жизни-то делать надо? Вот закончу я тут куковать, уеду в Москву, что ты будешь делать?
– Не знаю. Пойду на другую работу. Может, меня в ресторан хостесом возьмут или на ресепшн в какую-нибудь компанию.
Лиза вспомнила всех девиц-администраторш, с которыми сталкивалась в последнее время: в фитнес-зале, в редакции, в сегодняшнем офисе, – и поморщилась.
– Не, не иди, не твое это. Надо тебе какое-нибудь дело придумать.
– Какое? Я же ничего не умею.
Лиза задумалась. Но придумать ничего не успела. Из коридора послышался громкий скрип входной двери. Через секунду открылась и дверь в кабинет. В комнату рыжей фурией влетела Марина.
– Так, короче, я у предков в области была, там бабкам на скамейке рассказала про тебя. Это считай – всему городу. Так что будут тебе клиенты. Снимай с меня свое проклятье. Хренасе вы тут все переделали, с чего вдруг?
– Реновация, – откликнулась Лиза. Вставать и спорить сейчас у нее не было ни сил, ни желания.
– Пофиг, – Марина ногой пнула свободный стул, чтобы он развернулся, и плюхнулась на него. Потом закинула голову и потерла сжатым кулаком лоб. – Найди мне уже мужика. И желательно богатого. Такого богатого, чтобы мне больше работать никогда не надо было и харю эту редакторскую никогда не видеть. Хочу быть трофейной женой. Не нравятся ему мои деепричастные обороты, тварина! Сколько у тебя стоит порчу навести?
Лиза ничего не ответила, лишь протянула руку к коробке с фужерами и вытащила еще один. Она неторопливо плеснула вина и подвинула тару к журналистке. Марина, не поблагодарив, схватила бокал и выпила почти половину. Потом уставилась в фужер и замерла, только нога выбивала нервную дробь.
– Мужики-начальники – вообще козлы, – резко бросила она.
Лиза к тому моменту уже свыклась с тишиной и принялась цедить алкоголь из своего бокала. Но слова Марины заставили задуматься.