– Ладно. Давай так, – Лиза решила хоть что-то получить от глупой ситуации. – Ты находишь мне клиентов, раз из-за тебя я без них осталась. Друзей там отправь, я не знаю. А я, так и быть, сниму проклятье. А будешь себя хорошо вести, и парня тебе найду.
Марина резко вскинула голову, но тут же спохватилась и опустила глаза.
– Ладно, – только и пробурчала она. – А сыпь?
– Ой, «Бепантеном» намажь, – Лиза двинулась к двери. – Даю тебе неделю. Мне нужно пять клиентов.
Следующие несколько дней для Лизы превратились в тягостную жвачку из безделья и злости. Она бессильно скрипела зубами, глядя, как утекают миллионы. Буквально. В первый день после похода к журналистке Лиза полчаса пялилась на экран включенного смартфона. Так она узнала, что деньги списываются ровно в полдень.
– Хоть на улицу иди и силком клиентов приводи, – пробубнила она после громкого вздоха.
Лиза вытащила кресло из кабинета в коридор, чтобы не сходить с ума от скуки и хотя бы изредка болтать с администраторшей. Настя отказалась покидать рабочее место, чтобы не упустить возможных посетителей. Но на второй день даже ей надоело маяться от безделья. Она уже сделала с десяток раскладов, пытаясь найти ответ, когда же появятся клиенты. Но каждый раз итог был другой и слишком туманный. Сейчас она отложила таро и поливала букет ромашек.
– Ты их с улицы каждый день приносишь, что ли? – лениво поинтересовалась Лиза.
Она развалилась в кресле, закинув ноги на край стойки ресепшена, и листала ленту соцсетей. Рабочий аккаунт все еще пестрел гадостями, новые подписчики оказались изобретательнее прежних. После их сообщений Лизе впервые в жизни хотелось натянуть толстовку с капюшоном и спрятаться от всех под одеялом. Но вместо этого она в ожидании клиентов каждый день красилась, с особой тщательностью укладывала волосы и выбирала лучшее платье из тех, что захватила с собой. На улицу выходила только до ближайшего супермаркета. Но когда две школьницы там стали громко смеяться, поглядывая на нее, решила ограничиться доставкой еды.
Лиза переключилась со страницы гадалки на личную. Там три месяца не было новых фотографий. Зато лента друзей взрывалась яркими красками. Начался сезон отпусков, и тут и там мелькали лазурные волны, белые купальники и бронзовые бедра. Данилевская постила снимки с Майорки. И опять: белый спорткар, белые зубы загорелого красавца, белые стены виллы на берегу моря. Лиза вздохнула. Когда уже она сможет так развлекаться? Когда получит наследство? Все шло к тому, что, когда она выполнит дурацкое условие Изольды, на счет поступит рублей пятьсот.
– Нет, они же из кабинета, – Настя вырвала ее из раздумий, поворачивая вазу с цветами.
– Понятно, долго стоят, – без интереса ответила Лиза. – Если взялась, то можешь еще и мои на балконе полить.
Настя с готовностью схватила лейку, ключи, что Лиза бросила на стойку, и унеслась выполнять поручения. Лиза же снова уткнулась в телефон. Теперь переключилась на ленту знаменитостей. Красные ковровые дорожки, платья одновременно слишком откровенные и кричаще богатые. Как она хотела себе такие же! Лиза оглядела себя – ее платье было из Gloria Jeans – и тяжело вздохнула. Кажется, вообще зря она согласилась на всю эту затею с наследством. Жила бы себе и жила, не пытаясь что-то из себя строить.
Дверь скрипнула.
– Уже вернулась? Еще, Золушка, можешь пол помыть, если так хочется.
– Он ушел.
Надломленный голос и странные слова заставили Лизу поднять голову. К ней нетвердой походкой приблизилась ее клиентка Лариса. Дородное тело словно осунулось и стало меньше, а вот некрасивое лицо, наоборот, опухло – от слез.
– Он ушел, вы же сказали, что он ни за что не уйдет.
– Да, говорила?
Лиза не сразу поняла, в чем ее обвиняют. Но уже через минуту вспомнила – она строго приказала женщине выгнать мужа из дома. Ну, как выгнать. То есть совсем не выгнать. Но поставить вопрос ребром. Сказать, что знает про любовницу, и поставить ультиматум: или она, или жена. По Лизиной задумке, муж должен был струхнуть и остаться в семье: тут же наверняка дети, квартира и все такое.
– Что, совсем-совсем ушел?
– Нет, частично, – вдруг огрызнулась женщина, но тут же растеряла запал, грузно опустилась на свободный стул и достала из рукава заляпанный платок.
– А что сказал? – Лиза уставилась на дверь в надежде, что Настя придет и подключится к утешению.
– Да почти ничего, – Лариса всхлипнула. – Сказал, что я права и что жить он так больше не может, и ушел. Даже вещи не взял. И как я теперь?
– Ну-у… – Лиза замялась. Как прикажете здесь человека в состояние счастья привести? – Может, так оно и лучше? Знаете, вы должны уважать себя. Эта глава жизни закрылась, нужно открывать новую. Если человек не хочет быть с вами, его стоит отпустить. Двигайтесь вперед. – Она сыпала пустыми фразами от психологов из соцсетей, удивляясь, почему сама таким не стала. Что ж, это будет план Б, если с предсказаниями не выгорит.
Лариса перестала плакать и подняла глаза, громко шмыгнула носом.