– Ну так вот. По шапке никому получать не хотелось, поэтому собрали подкрепление: я и ещё двое моих товарищей. Захожу я, значит, в подъезд, квартира была на втором этаже. Поднялся, прислушался – всё тихо. Постучал, а мне женщина открывает. Страшно худая и посматривает подозрительно по сторонам. Говорю, что жалоба пришла от соседей, якобы крики о помощи, надо проверить. А эта стоит, в пол смотрит, что-то бубнит себе под нос, но в квартиру не пускает. Пока стоял, объяснял ей, из квартиры запах пошёл ужасный, как будто что-то сгнило. Я через плечо у неё в квартиру заглянул, а там в коридоре что-то красное растёрто. Я рацию в руки, ребят вызываю – они внизу стояли, на первом, чтоб не спугнуть. Не успел договорить, как из квартиры вылетел мужик, весь в крови и с топором. Чуть не уронил меня. Выстрел в ногу его не успокоил, пришлось делать контрольный. Женщина как завизжит, и дверь сразу захлопнула. Ребята быстро поднялись, дверь вскрыли, а там… Жесть! Никогда такого не видел. И не дай бог ещё увидеть! На кухне на столе лежал труп, наполовину расчленённый с надкусанными конечностями, а в комнате ещё двое связанных лежало. Им повезло, живые были. Хозяйку мы в итоге повязали, она и рассказала, что есть было нечего, пришлось соседей по дому, так сказать…
Капитан молчал. Он не много слышал про это и не знал, насколько жестокие были времена. Он подумал о жене и детях: ведь с ними тоже могли произойти эти ужасные вещи, ведь их тоже выселили из квартиры.
– А ещё была история… – прервал молчание следователь.
– Хватит! – перебил его капитан.
– Да уж, а я с таким каждый день сталкиваюсь.
– Я несколько недель назад потерял полсотни бойцов, совсем не хочется слушать такое.
– Тогда тебе повезло, мы приехали.
Машина резко повернула во двор небольшого дома и остановилась у ворот. Они начали медленно, со скрипом открываться, за ними уже стоял молодой солдат с автоматом. Показав ему какую-то бумажку, следователь въехал в небольшой двор. Оба молча вышли из машины, и капитан проследовал за следователем в одну-единственную дверь. С виду казавшийся жилым дом оказался бывшим полицейским участком.
– Полиции как таковой нет уже почти пять лет. Мы все подчиняемся Комитету городской безопасности. Райотдел, так сказать, – рассказал следователь.
На первой же лестничной площадке стояла решётка, блокирующая подъём наверх, остальные двери были забиты досками, а лифта не было. Следователь взял трубку домофона, незаметно висевшую прямо у решётки, и сообщил, что привёз свидетеля по делу об убийстве патрульного. Что-то щёлкнуло, и дверь на решётке, которую не сразу заметил капитан из-за темноты, открылась.
– Поднимайся наверх, там тебя встретят, я минут через пятнадцать подойду. Во, за тобой уже спускаются.
Где-то наверху раздался топот, и через пару мгновений к ним спустился молодой солдат.
– Сержант, – обратился к нему следователь, – отведи мужчину в комнату, он проходит как свидетель, будь с ним повежливее, он откуда-то… – следователь аккуратно показал пальцем наверх. – Какая-нибудь новая информация есть?
– Никак нет, товарищ майор, поймали только одного, при себе ничего нет, даже документов.
– А кошелёк был? Ну или бумажник, что-нибудь такое.
– Нет, вообще ничего.
– Сколько у тебя там было? – спросил следователь у капитана.
– Около десяти тысяч, – подумав, ответил капитан.
– Что же вы такую сумму с собой носите?
– В квартире оставлять опаснее.
– Хорошие соседи? – ухмыльнулся следователь. – Ладно, пойду встречу машину. Как приедут, сучонка в камеру, пусть Стас им займётся, может, скажет чего. А, и передай, что он мне нужен живой и в сознании.
– Так точно! – ответил сержант и обратился уже к капитану. – Следуйте за мной.
Солдат быстро поднялся по лестнице, и капитану оставалось только догонять резвого бойца. Поднимались, к счастью, недолго – всего один этаж. Там их встретила толстая металлическая дверь с небольшим окошком посередине. Сержант негромко постучал по двери, окошко открылось, и оттуда выглянуло ещё одно молодое лицо солдата. Удовлетворённо кивнув, он закрыл окошко, повернул несколько ключей в замках и открыл дверь.
Перед ними появился длинный коридор с несколькими дверьми по обе стороны. Солдат остановился у последней, открыл её и жестом пригласил войти. Комната оказалась довольно просторной. Помимо рабочих столов, в углах стояли камеры для заключённых. Они были пусты.
