— Да я не знаю, — пожал плечами Расти. — Просто он дал мне пять долларов. Это же хорошие бабки.
Я все-таки решил заговорить сам:
— Меня наняла семья Грега Тэйлора. Они просто хотят знать, все ли с ним в порядке. Ему даже не обязательно возвращаться домой, мне просто нужно поговорить с ним.
— Нет, а ко мне-то чего пришли?
— Ну… потому что он торчок, — сказал я.
Он грубовато рассмеялся. Мои слова его позабавили, и я ему теперь понравился.
— Ладно, ищейка, от меня-то ты чего хочешь?
— Меня совершенно не интересует, чем ты тут занимаешься, я просто хочу, чтоб ты вывел меня на мистера Тэйлора.
— У тебя есть что-то при себе? — Его глаза словно горели в темноте.
Я выставил перед ним руки, показывая, что в них нет оружия.
Он подумал немного, потом подернул плечом.
— Грег был здесь вчера ночью. С каким-то парнем. Высокий красивый парень, не знаю, кто такой.
— По имени он его не называл, не помнишь?
— То ли Джон, то ли Тим, то ли Том. Что-то такое простое.
Я поспешил кивнуть и спросил:
— А в котором часу это было?
— Поздно. Может, часа в три ночи. Они купили дури и поднялись на мостки.
— Они не говорили, куда направляются?
— А чего говорить-то, я и так все слышал из-под моста. Собирались забиться в какую-нибудь дыру и ширнуться. Ну, в общем того…
— Того — это чего?
Он хитро усмехнулся.
— Чего, чего — того! — Расти тем временем уже приплясывал от нетерпения, и Ренальдо закончил: — Это все, что я знаю.
— Они потом здесь, на набережной, остались?
— Не знаю, не видел. Но это ни о чем не говорит. Они могли уйти с набережной в любом другом месте.
Я кивнул.
— А на кого ты, сказал, работаешь-то? У Грега вообще-то нет семьи.
— Мой клиент предпочел бы остаться анонимным.
Это опять повеселило его. Я казался ему забавным.
— А ты мне нравишься, сыскарь.
— Ренальдо! Ну давай же!.. — заныл Расти.
Ренальдо, по-прежнему не видя его в упор, продолжал:
— Надеюсь, ты понимаешь, что все это было не бесплатно?
— Ну да. Ты же сейчас получишь мою пятерку.
— Это его пятерка. И пятерка это вообще-то не ахти какие деньги.
— А с чего ты взял, что эти сведения стоят больше?
— У тебя не было ничего, а теперь есть что-то. И ты дал этому торчку пять баксов только за то, чтобы он привел тебя ко мне.
В его словах был резон. К тому же платил все равно Джон Старк. Я достал бумажник и вынул из него десятку. Он взял ее у меня и повернулся к Расти, чтобы закончить с ним делишки. Со мной он уже закончил. А я еще даже не начинал. У меня по-прежнему не имелось ни одной зацепки. И я не знал, куда мне теперь направить свои стопы. По моей милости невинную женщину теперь подозревали в убийстве, и сейчас еще оказалось, что я подвожу своего последнего и единственного клиента. Нет, такого сыщика я бы лично сам ни за что не нанял. Я поднялся по лестнице на набережную и, пройдя немного вперед, спустился на пляж по другой лестнице. Почему я так сделал, не знаю, но меня туда словно потянуло.
С пляжа карнавальные огни злачного квартала казались безнадежно далекими и какими-то ничтожными на фоне бескрайних темных океанских вод, набегающих на берег кипучей шелестящей волной. Только прибой и был различим с берега, а линия, где сливались океан и небо, терялась в ночной мгле.
Песок проваливался у меня под ногами и забивался в ботинки. Береговой ветер казался прохладным.
Со стороны пляжа под настилом набережной не было никаких оград и перил. Я достал фонарик и осветил пространство между двумя столбами настила. Слабенький лучик пробивал темноту всего дюймов на шесть. Под настилом песок был более ровным и утоптанным, и стоять там можно было, не пригибаясь. Я потихоньку пошел вперед, светя фонариком себе под ноги и иногда обводя лучом балки, чтобы не треснуться о них головой. Не знаю, что я ожидал там найти. Песок был замусорен пустыми жестянками, скомканными газетами, конфетными фантиками, ну и, конечно же, здесь были камешки, ракушки и низенькая редкая растительность. Валялись здесь также пустые бумажные кулечки, использованные шприцы и великое множество окурков, свидетельствовавшие о том, что это место популярно среди клиентов Ренальдо, спешивших сразу после покупки дозы «задвинуться».
Я дошел до решетки, отгораживавшей место под настилом от улицы. На противоположной стороне, привалившись боком к лестнице, стоял Ренальдо, попыхивая папироской. Ее пахучий, тягучий дымок подсказывал мне, что Ренальдо курил не табак, а что-то другое. Я посветил фонариком в другую сторону, но там не было ничего интересного. Вообще эти поиски я затеял только для того, чтобы делать хоть что-нибудь, попробовать убедить самого себя в том, что я еще не окончательно бесполезен. Хотя лучше бы я поехал домой спать. Моя голова не касалась подушки уже почти двое суток. Отключка, в которой я побывал благодаря Митчу, конечно же, не в счет.
