- Сама точно не знаю, - ответила Шарлотта. - Он начал цитировать одну очень древнюю поэму. Сильвия Амарон пересказывала мне всю эту историю еще в интернате. Честно говоря, я поняла только наполовину. Речь в ней идет о борьбе сил солнца и ветра. О солнечной королеве, которая скитается по морям, постепенно растрачивая свои жизненные силы. И только по последним двум строкам я поняла, откуда этот текст, и подумала, что, возможно, не случится ничего плохого, если я тоже прочту строчку-другую.
Она смущенно улыбнулась, словно извиняясь.
- Похоже, ты попала в десятку, - ухмыльнулся Оскар.
- Поживем - увидим, - ответила Шарлотта.
Жрец развязал тесемки на подбородке и снял свою маску. Под ней обнаружилось лицо очень пожилого и умудренного жизнью человека с курносым, слегка приплюснутым носом и живыми темно-карими глазами. Широкий рот с тонкими губами сложился в легкую улыбку. Это лицо являло собой полную противоположность внушающей ужас маске.
- Инти к’анчай, - произнес жрец, указывая на волосы девушки. - Инти к’анчай…
Гумбольдт недоуменно взглянул на Шарлотту.
- Что это значит?
- Я думаю, он имеет в виду цвет моих волос, - пояснила она. - Эти слова можно перевести как «солнечный свет».
- Ты уверена?
- Далеко не на все сто, - Шарлотта заколебалась. - Со мной вечно так. Когда мне приходится изучать какой-то язык, я запоминаю совсем не то, что требуют мои учителя.
- Во всяком случае, начало многообещающее, - ученый решительно выпятил подбородок. - Но мы обязаны добиться большего. Сейчас самое время использовать лингафон. Скажи-ка, племянница, а твоих языковых дарований хватит на то, чтобы попросить вернуть нам наши сумки и рюкзаки?
- Я попробую, но обещать ничего не стану.
- Что вы собираетесь предпринять? - спросил Оскар.
Гумбольдт подмигнул подростку и вполголоса произнес:
- По-моему, сейчас самое время немного поколдовать!
Балансируя на карнизе, Maкс Пеппер хрипло выкрикнул:
- Осторожно, сзади!
Огромное насекомое с немыслимым проворством приближалось прямо к Уолкрис. Его конечности производили скребущий звук. Оно находилось уже так близко, что Макс мог видеть чудовищный оскал, узловатые суставы, и многочисленные когти, намертво впивавшиеся в неровности гранита. Из пасти чудовища доносилось шипение, от него исходила волна запаха - смесь протухшего чеснока и розового масла, настолько плотная, что дышать стало нечем.
На долю секунды Максу почудилось, что он вот-вот потеряет сознание, но страшным усилием ему удалось взять себя в руки.
Существо выглядело в точности так, как и то, которое прикончили Гумбольдт и его спутники в долине. Разница заключалась лишь в том, что этот экземпляр был гораздо крупнее. Его конечности имели бледно-желтый оттенок, а головогрудь и панцирь покрывали темно-коричневые полосы. Полупрозрачный мешок брюха выставлял на обозрение внутренние органы твари.
Но отвратительней всего была голова. Множество темно-синих, с перламутровым отливом глаз располагались прямо над пастью, окаймленной множеством осязательных усиков и сяжек. Две мощные хватательных конечности-клешни и лес острых игл в верхней части головогруди довершали образ воплощенного кошмара.
Уолкрис отреагировала моментально. Левой рукой она подтянула к себе веревку, соединявшую ее с Максом, и отрывисто приказала:
- Остегните карабин от пояса, Пеппер! - Макс повиновался. - А теперь - вперед. И поторопитесь, но будьте осмотрительны - впереди могут скрываться другие подобные твари!
Она уже держала насекомое на мушке.
Ни на секунду не забывая о бездне под ногами, плотно прижимаясь спиной к сырой гранитной стене, Макс начал насколько мог быстро продвигаться вдоль карниза. По крайней мере, путь перед ним оставался свободным и никаких признаков сородичей чудовища не наблюдалось.
Тем временем расстояние между ужасной тварью и Уолкрис сократилось до двадцати метров. Тут уж не промахнешься. Она нажала спусковой крючок, кольт громыхнул, но пуля срикошетила о толстый хитиновый панцирь и с жужжанием унеслась в туман.
Уолкрис выругалась и выстрелила дважды подряд, целясь в область шеи и брюха животного. Результат был тем же. Раздраженная тварь отозвалась пронзительным свистом и выгнула спину.
- Невероятно! - донеслось до Макса. - Эта сволочь бронирована не хуже орудийной башни какого-нибудь линкора! Вот почему я терпеть не могу огнестрельное оружие…
Женщина одним движением вернула револьвер в кобуру и выхватила меч. Между тем иглы и шипы на спине чудовища угрожающе приподнялись.
- Спускайтесь ниже и постарайтесь найти укрытие! - крикнула Уолкрис.
Раздался глухой хлопок - словно лопнул надутый бумажный пакет. Одна из игл отделилась от панциря чудовища и понеслась к женщине. Макс втянул голову в плечи.
Молниеносным движением клинка Уолкрис на лету рассекла иглу пополам. Одна из ее частей, похожая на обломок китайской палочки для еды, приземлилась у ног Макса. Из ее кончика вытекала желтоватая прозрачная жидкость.
