А сейчас хрупкую плотину внутри прорвало, и девушку затопила жгучая боль, душа обуглилась, сознание раскололось. Глафире показалось, что она даже разучилась говорить, потому что когда ей хотелось крикнуть: «Я выбираю свою смерть», получалось лишь неясное протяжное мычание.
— Тише, Глаша. Тише, — Казаков светил девушке в лицо фонариком, пытаясь понять, что с ней произошло. — Сейчас мы что-нибудь придумаем. Мы выберемся отсюда обязательно.
— Я уже придумала, — девушка наконец выдавила из себя членораздельные звуки. — Найдите, найдите, откуда шёл этот голос, наверняка там есть обратная связь.
— Глаша, я уже всё оглядел, нет здесь ничего, наверное, просто динамик вмонтирован. — Казаков замолчал. — А раз вмонтирован динамик, значит, он проводной, потому что сюда не проходит радиосигнал, — криминалист задумался. — Значит, есть отверстие, где можно попытаться уловить сигнал. Ну-ка, Глаша, соберись, — прикрикнул он на девушку, — давай вместе искать, пока фонари горят. Подадим весточку наружу, нас вытащат, — попытался он приободрить её.
— Нет, я должна остаться здесь. На этот раз он заберёт меня и всё закончится.
— Глаша, — устало произнёс Казаков. — Ты себя-то послушай, что ты несёшь. Ты следователь! А человек, который затеял эту дикую игру, сейчас совершает преступление, а ты хочешь добровольно стать пособником. Ты должна предотвращать такие деяния, а не складывать лапки. Если бы каждый так просто сдавался, то не осталось бы системы правосудия.
— Но тогда я выбрала не Илью, а свою семью, — бесцветным голосом отозвалась Глафира.
— Да. Мы не можем спасти всех, но также мы не имеем права показать преступнику, что он сильнее. Нужно бороться, Глафира, ты выбрала для себя непростой путь и сейчас, пожалуйста, прекрати ныть и соберись. Мы с тобой непосредственно на месте преступления, ты должна убрать эмоции и фиксировать происходящее, хотя бы у себя в памяти. Всё, что сейчас происходит, поможет нам поймать преступника.
— Юрий Арсеньевич, вы не понимаете…
— Глафира Константиновна, — вдруг жёстко сказал Казаков, — сейчас вы должны принять решение. Либо вы сотрудник правоохранительных органов и тогда мы работаем в команде, либо вы истерзанная жертва и тогда остаётесь в стороне, а я буду вас спасать. Третьего не дано. Это понятно?
— Предельно, — после некоторого молчания приговорила Глафира.
— Вот и прекрасно, — Казаков выпрямился, потирая спину, и стал повторно, но уже более тщательно осматривать стены, ниши, где лежали тела, и даже потолок.
Через несколько минут он заметил, что к его поиску присоединилась Глафира. Девушка ползала по полу, высвечивала все углы, неровности стен, стыки между плитами.
Визгликов с Лисицыной подъехали к массивному зданию, больше напоминавшему торговый или офисный центр, нежели управление, где им теперь предстояло работать. Стас критически оглядел сверкающую новизной вращающуюся стеклянную дверь, оценил систему пропускных турникетов на входе и вместительный лифт, который довольно быстро поднял их на третий этаж, где располагались помещения, напичканные самой современной компьютерной техникой.
— С такими возможностями, я полагаю, мы должны его быстро найти, — пробормотал Стас.
— Ты знаешь, — отозвалась Лисицына, идя рядом с ним по коридору, втиснутому между стеклянными перегородками, выполняющими роль стен, — это мой сын дрессирует компьютеры, но я совсем не разбираюсь в этой сфере. Но так как сейчас это превалирующая часть окружающего мира, то нужно хотя бы понимать, с какой стороны ко всей этой теме подходить.
— Аня, давай на потом оставим праздные разговоры, — грубо оборвал её Стас и повернул в просторное помещение, где заметил сидящего за одним из столов Кирилла. — Привет, — он скоро поздоровался с молодым человеком. — Что-то удалось понять?
— Пока ничего, — Кирилл вяло ответил на приветствие. — Первоочередная задача — выяснить, где находится Андрей, я же правильно понимаю? — он кивнул на один из мониторов, где картинка с изображением лежащего на кровати человека была увеличена.
— Да. Где находятся остальные, мы знаем, — Визгликов подкатил одно из кресел и, плюхнувшись в него, стал рассматривать помещение, где находился Лопатин-старший. — А можно как-то запустить поиск похожих фотографий или видео? Ну, я имею в виду помещение.
— Уже делается, — отозвался один из молодых людей, работающий за соседним столом.
— Слушай, я пытался дозвониться Глаше и Казакову, но они не в зоне действия сети. То есть в склеп сигнал не проходит. Как тогда картинка оттуда идёт?
— Значит, там установлена проводная камера. И это хорошо, потому что источник приёма выносной и находится снаружи. Его можно поискать, но есть большой риск, что возле него стоит ещё одна камера и этот товарищ увидит, что мы пытаемся прорваться в склеп. Что он может сделать, никому не известно.
У Лисицыной зазвонил телефон, она глянула на экран и пошла на выход, по дороге обронив:
— Марк приехал, я пойду встречу, — она остановилась. — Кирилл, а у нас здесь есть какое-то помещение для работы? Не в курсе?
