Тяжелеет как яблоня небо, полное сини,И разносят ветра листопад над Россией.И летит листопад — красно-бронзовый звон,И сквозь память летит и сквозь Вечный Огонь.Мать стоит поседевшая у подножья огня.Не дошел ее сын до победного дня.И звучит тишина, натянувшись струной,Между памятью матери и прошедшей войной.<p><strong>* * *</strong></p>Роняют тихо деревцаЛиству на подоконники,Как будто письма от отца —Скупые треугольники.Бессмертием обагренаПечально осень льется,льется.И, кажется, вот-вотзажжетсяОт медных листьев тишина.И, значит, скоро по лугамСнег полетит печально-белый…Как искры проседи несмелойУ нас по молодым вискам.<p><emphasis>Виталий Кальпиди</emphasis></p><p><strong>* * *</strong></p>Мне не понять войны меж вечностью и годом,меня копили те, что канули на ней,но раньше провели по темным коридорам,там жизнь моя текла, и старший крикнул: «Пей!»Столетие мое, я жизни не покину,пусть факельщики тьмы и выстроят конвой.Два миллиона лет я пробивал плотинунебытия. И что? Уже пришли за мной…<p><strong>Нефть</strong></p>Шарообразен Бог кустарника.Бессилен плоский Бог осоки.В одежде рыб плывут молокина стол чумазого нефтяника.Смешна индустриализацияв балетном вывихе реки,но обалдели старики,когда заговорила рация.А каланча деревни бросовойбыла задумана как церковь.И расцвела, как фокус в цирке,река бензиновыми розами.Нефть ерзает, как слякоть грязная,как выдохшиеся борцы.А рядом ходит Бог на цы-почках, судить-рядить обязанный.Но, как чекист времен Дзержинского,прораб участка № 9,из кадра выдернув деревья,всю местность оснащает вышками, —я каламбурю не из подлости:ведь из внутриутробной волостия выплыл в этот мир без рискапо чистым водам материнским.<p><emphasis>Юрий Кашин</emphasis></p><p><strong>На свадьбе</strong></p>…А над деревней ночь плескалась,она сгущалась все темней.А мне на свадьбе не плясалосьи становилось все грустней.И я с веселого подворья,прикрыв калитку, в ночь шагнул.И месяц, как знакомый дворник,мне заговорщицки мигнул.И ночь качала на ладоняхменя, с деревней заодно.А где-то близко ржали кони,как в приключенческом кино.Вобрав в себя прохладу ночи,на свадьбу шумную вернусь,хвачу штрафной и что есть мочиза пляску буйную рванусь.И что с того, что не плясун я,ведь эта пляска для души.Коль сердце радостью плеснулос гармонью в лад — айда, пляши!Пляши…Вот с грустью лишь управлюсь,переборю ее сполна…Иду, а ночь колышет травы,и звонко плачет тишина.<p><emphasis>Вера Киселева</emphasis></p><p><strong>* * *</strong></p>
