Сатирические зарисовки времен рыцарства. Повествование ведется от лица Ганса фон Шнитке — одного из солдат, причастных к захвату Иерусалима.
Ну, вот! Наконец я получил свою личную кастрюлю. А то братец отцовскую взял, стальную, тоже мне, покоритель Иерусалима нашёлся. Кастрюля у него на ночной горшок похожа! Отец утверждает, что тогда такие в моде были. Ну, ладно, ежегодно меняется мода…
Меч ржавый папаша выделил. Жадюга! Всё хорошее этому Гансу досталось, ну. почему я не первым родился! И десять золотых цехинов ему папашка на дорогу дал, а мне только три! Жаль, мама умерла год назад, а то. может покрасивее плащу меня был бы.
И куда сейчас идти? В наёмники к Ордену? Можно… Магистр — друг моего папаши. Может отряд какой даст из этих, как их, а ландскнехтов! Во, еле выговорил. Придумают же название, умники хреновы.
Да, вон там я лазил мальчишкой на стену….. А с той башни сверзился, хорошо, что телега с сенм под ней стояла… Эх! было время! А теперь что? Все только учат и приказывают! ты обязан помочь Ордену Кастрюлеголовых разбить меченосцев в горшках! Что за чушь? Зачем мне их бить? Ведь и они драться могут! Вдруг убьют… Найти бы тёплое местечко в Ордене…
–
Мой двоюродный брат, Ганс, уже наверное по Иордании или Сирии скачет — грин-кард от Магистра получил…. Вчера и его младший братишка, Фриц, в Орден записался. Его писарем назначили. Сидит себе в тепле, справки кастрюлям выдаёт.
Одна печать на этих листках бумаги стоит пять цехинов! Везёт же олухам царя небесного. Один на ПМЖ за границу ускакал, второй чиновником Ордена заделался.
–
А мне приходится в поте лица своего отбирать хлеб насущный у жадных соседей. Ну, что же!
Мы едем, едем, едем
По нашим по краям.
Чтоб настучать соседям.
По ихним кастрюлЯм…
Да, не хочется покидать родной замок, но надо! Деньги откуда получу, если у богатых соседей не отберу?! Вон, у них сколько деревень вокруг замка.
Правда, предлагал мне Магистр в эту, как её? А, в ППС записаться.
Будешь, говорит, у путников и проезжающих грамоты дорожные просить. У 90 % их нет! За это штраф от 10 до 15 цехинов, ну, это как сам ППС установит. Будещь, говорит, 20 % того, что соберёшь. Ордену отдавать, и еще 10 % попам. Как сыр в масле, кататься будешь!
Но не моё это! Не моё…
Лучше в бою соседу по кастрюле настучать, и сразу замок захватить с казной!
Ладно, пока это всё мечты Вон, мой отец, двадцать лет воевал, а хватило денег, что привёз, только на ремонт замка… Да, инфляция, чтоб ей пусто было…
А я сейчас в трактир заеду
Чтоб выпить там крепчайший эль
Потом направлюсь я к соседу
Его чтоб вызвать на дуэль
А вот как напьюсь — БЕРЕГИСЬ…
Кто-то из соседей даже песню про меня сочинил — ее теперь мальчишки орут
Гремит подковами мой конь!
Кастрюля бликами сияет!
Беги, сосед, ведь самогон.
На Ганса плохо повлияет!
–
Да. Ганс — это я!
А вот, кто-то навстречу едет.
Ура! Целый обоз! И без охраны!
Сверкай мой меч, греми кастрюля, и кто не спрятался, то я не виноват!
Надо бежать — всех рыцарей вызвали.
Даже с постов сняли. Наверное что-то срочное
Господа, я вас пригласил сюда, чтобы объявить приказ Магистра!
ОБЪЯВЛЯЕТСЯ ПОХОД НА ИЕРУСАЛИМ — ЗА ГРОБОМ ГОСПОДНИМ
Каждому кастрюлеголовому из запасов Ордена за взятие Иерусалима будет дано по десять рабынь, тысяче золотых монет арабской чеканки, три бочки вина, новые доспехи!
— Ура! Ура! Ура!
=========================================
Едем на задание по дороге и видим — двое Горшков спорят из-за листка пергамента с нарисованной картой сокровищ.
Подкрались и захватили их в плен…
–
Мы в такие шагали дали
Что без лошади не дойти.
Мыв засаде засранцев ждали.
Что нам встретились по пути.
И пришлось им отдать лошадок.
Чтоб свободу свою спасти,
И теперь мы всех обскакали.
На три дня дневного пути!
–
— Да, Ганс! Из тебя хороший бы трубадур получился!
— Да что там! Я и сагу про нас сочинить могу. Знаешь же гимн Кастрюлеголовых?
— Да, будь он неладен! Заставил Магистр нас всех учить эту хрень.
— Но, но! Счас дам по кастрюле мечом, будешь знать, как мои стихи хренью обзывать!
— Извини, Ганс, не знал, что гимн это твои вирши. Отто, ты сказал что пески скоро кончатся, и где конец-то?
— Дитрих, мы только сорок миль проехали, а пески кончаются, судя по карте этого храмовника, только через три дня пути.
— А там точно будут старые развалины?
— А я почём знаю.
— Снять что ли, эту кастрюлю, а то печёт сильно!
— Да, нагрелась и у меня. А вода быстро кончается. Хорошо, что этих Горшков заметили, и с коней их ссадили.
— А ты их хорошо привязал, а, Ганс?
