— Ну, значит все было хорошо исключительно с Вашей точки зрения. Ей, вероятно, казалось по-другому. А с ее опытом космических путешествий зайцем и сбегания откуда угодно она давно уже дома.
— Вы не могли бы с ней связаться и уговорить вернуться ко мне?
— Нет, не мог бы. Я не лезу в ее личные дела. Разбирайтесь сами. И хочу Вам сказать: не пытайтесь на нее надавить, это Вам боком выйдет.
Дейтон закипел:
— Слушайте, Вязовски, если она не вернется, я прекращаю финансирование всех проектов в вашем мире. В Ваших интересах постараться ее уговорить.
Ответ был совсем не таким, на какой он рассчитывал. Вязовски стал сух и язвителен.
— Не надо меня пугать, молодой человек. Я не боюсь. Вспомните условия нашего контракта: если Вы в одностороннем порядке выходите из договора, то теряете все вложения. А других инвесторов на ваше место я сейчас легко найду: Четверка — лакомый кусок. Запомните, Дейтон, шантажировать себя я не позволяю даже благополучием близких мне людей, не то что сохранностью бизнеса. Ри мне очень дорога, и торговать ею я не собираюсь.
— Я заберу ее с собой и перекрою Вам все каналы финансирования, — зарычал в гневе Дейтон, и услышал в ответ спокойное:
— Попробуйте. Если Вы попытаетесь вывезти Риалу против ее воли, вступит в действие закон, который мы провели с ее помощью. Вся Ваша собственность в пределах Четверки будет конфискована, а это не только инвестиции, но и банки, а также ваш звездолет, не забывайте. Буду рад взять на себя управление в интересах моего государства. Ваши потери составят немного, всего несколько сотен триллионов имперских кредитов. Да, я не смогу забрать эти деньги, но смогу их заморозить. Поймите, Дейтон: любое Ваше действие будет выгодно не Вам, а мне. Вы вложили в Четверку слишком много, чтобы сейчас идти на попятный. Если Ри так уж Вам нужна, попробуйте уговорить ее по-хорошему.
Дил зарычал:
— Коварный старый стервец! Я недооценил Вас.
И услышал в ответ спокойное ироничное:
— Опыт, милый друг. Опыт ничем не заменишь. Желаю удачи.
Разговор закончился, а Дейтон еще минут десять сидел, вперившись взглядом в стену перед собой. Да, он погорячился. Никто на Четверке не станет ему помогать. Надо срочно лететь на Илимейну и пытаться поговорить с Ри.
Дил уже собрался дать указания Лендеру, и тут заметил сообщение: Риала только что отправила со своего счета энную сумму в банк «Гортерс» мира дроу некоему Эшесу Аольо. Возникли вывод и вопрос. Вывод: она разблокировала свой свот и теперь с ней можно поговорить. Вопрос: кто этот Эшес Аольо? Ясно, что дроу, в их мире других не водится, но за что он получил эти деньги? За помощь при побеге?
Не раздумывая дольше, Дейтон вызвал Риалу. Она ответила усталым, сонным и злым голосом. Для начала обозвала его скотиной. Дил даже опешил, и, хотя собирался говорить с ней жестко, совершенно машинально сделал единственно верный ход. Спросил:
— Ты совсем меня не любишь, Ри?
И тут, хотя Риала не поменяла стиль разговора, у Дейтона по животу растеклось тепло: у нее изменился голос. Стал нежным, томным, появились придыхания, как будто она с трудом сдерживает возбуждение. Ее слова он попросту пропустил мимо ушей. Неважно, почему она сбежала, важно то, что чувства ее не изменились. А мысли… С ними можно будет побороться. Он вызвал Лендера и велел проследить, где сейчас находится свот, с которым он только что связывался. Но ответ пришел раньше, чем Лендер вернулся. Грег Даркиан сообщил похоронным голосом:
— Она дома, но не на Илимейне. Надеюсь, ты знаешь, где это. Больше ничем помочь не смогу.
Да, да, да! Он отлично знает ее дом на Энотере! Даркиан там ни разу не был, его она не приглашала! А Дил в курсе. Она, конечно, может спрятаться в свой бункер, поэтому не стоит ее предупреждать, надо сразу лететь по адресу.
Он покопался в сети и нашел не только адрес дома Риалы, но и карту местности. Там везде охранная сигнализация, но ему все равно. Стрелять никто не будет, этого довольно. Главное застать Ри врасплох.
