— Что это мы с тобой, рыбка моя, ерундой занимаемся. До чего дошли: уже обсуждаем сексуальные достоинства собственного ребенка. Оставь Дила в покое, он сам разберется. Если хочешь, встреться с мальчиком, пообщайся. Но давить на него не пытайся, у парня мой характер: будет только хуже. А с девочкой советую тебе серьезно поговорить. Ходят слухи, она очень неглупа и вполне способна внимать голосу рассудка. Пригласи ее на это, как его… «Какое-то там Пламя». Только в тайне от Дила, а то ты его знаешь. Агента своего не отзывай, просто запрети ему действовать. Его задача слежка, только очень аккуратная. А теперь, мне кажется, пора переместиться в спальню. Или ты хочешь сначала в ванну?
Дилмар сидел в прострации и не знал, что делать. То, что Данира не удивилась и не стала оправдываться, а сразу перешла в наступление, показало, что она была готова к обвинениям. Значит, и правда, сегодня мать играет против него. Дейтон не отделял мать от отца и предпочитал предполагать, что они действуют согласованно. Получается, родители по какой-то причине оказались не в союзниках, а в противниках. Плохо. В случае чего просить помощи неоткуда. Ну ничего. Дил привык полагаться только на свои силы. Но так было приятно знать, что за его спиной — мощь Империи. Об этом не распространялись, но знали все. Он никогда впрямую не пользовался этим ресурсом, но его противники были уверены: если что, в дело пойдут аргументы вроде военных крейсеров, способных в одиночку в хлам раздолбать небольшую планету. Это делало всех сговорчивее. Теперь за спиной пустота, и это пугало.
Нет, не стоит переживать. Он сам создал оружие, по сравнению с которым имперский крейсер — детская игрушка: свою галактическую банковскую систему. Деньги — кровь мира, а он сидит на самых крупных потоках. Заблокировав хотя бы на день движение средств, он может ударить по противнику так, что тот на коленях к нему приползет. И не надо ненужных жертв среди мирного населения. Из банкомата можно выстрелить вернее чем из пушки, и даже императору придется с ним считаться. Во всей Галактике есть только три игрока, которые могут с ним поспорить на этом поле, но этот рынок поделен, у них другие сферы интересов, далекие от Империи, и его отец над ними власти не имеет.
А раз так, да здравствует свобода! И да здравствует Риала! Надо срочно с ней помириться.
Дейтон выяснил, что Ри отправилась домой, и, бросив все дела, рванул туда же. По дороге заехал за цветами и распорядился, чтобы на дом доставили шикарный обед из ресторана. Раз извиняться, то как следует.
Ри сидела в своем кабинетике, пялилась в монитор и гоняла курсор по строчкам какой-то гигантской таблицы. Дил наклонился над ней, потерся щекой, поцеловал в макушку. Она машинально закинула руку назад, поймала его за ухо и почесала, не отрываясь от монитора.
— Что ты делаешь, родная?
— Пытаюсь найти ошибку в расчетах или другое объяснение.
— Можешь не стараться. Я пришел, чтобы извиниться перед тобой. Только что разговаривал с Данирой, и она практически призналась. Ты была права, а я осел. За всеми моими неурядицами в последнее время стояла моя мать. Возможно, и отец, но тут я ничего сказать не могу, с ним я не разговаривал.
Вместо того, чтобы вскочить, облить его слезами примирения и осыпать поцелуями, Риала проговорила задумчиво:
— А я тут кое-что нашла. Смотри.
Она одним движением превратила таблицу в схему и ткнула курсором.
— Видишь, пустое место. Даже два. Это должен быть человек, или связка «Лигет — Четверка», то есть два человека. Скорее второе. Не своими же руками твоя мать действует. А при такой структуре ее агент имеет довольно широкие полномочия. Перед ним ставится задача в общем виде, и он ее выполняет как сочтет нужным. Уследить за ним все равно невозможно. Можно предположить, что он выполняет не только указания эдры Даниры. Вряд ли она давала санкции на убийство и взрыв. Вот этого агента мы и не нашли, и с кем он связан в Империи не знаем. А после твоего разговора с матушкой он затаится.
Дилмар подтянул стул, сел рядом и обнял девушку за плечи.
— Ри, я говорил тебе, что ты лучшая?
— Говорил.
— И еще раз хочу подтвердить. Ты лучшая! Самая-самая. И я тебя люблю. Никогда не думал, что когда-нибудь кому-нибудь это скажу. Так что там с агентом моей матушки?
— Ну, его вычислить мы не можем. Пока он себя напрямую не проявит, ничего не получится. А вот его контрагента на Лигете — вполне. Ну, не личность, а в общих чертах.
— Погоди, дай догадаюсь. Ты полагаешь, Данира могла найти агента только в недрах ведомства безопасности.
— Да, что-то такое. Полиция, спецслужбы, разведка… Это напрашивается. Женщина императора не станет связываться с криминальными элементами. Да ей с ними познакомиться негде.
