Терри напрягся и вытащил из памяти всё, что узнал из досье Баковски о леди Мондего и Кобре. Там были свидетельства, что они с юности состояли в связи, сотрудничали и в бизнесе. Кобра убирал с её дороги конкурентов, а она поставляла ему личную информацию о городских воротилах. После армии Кобра и леди Мондего воссоединились, Кобра помог леди снова выйти замуж после того, как она овдовела. Это получается, за Андора он помог ей выйти?
– Так вот откуда Кобра всё узнавал обо мне… Паучиха… Подслушала из душа в мотеле, как я рассказывал Майклу, что собираюсь ночью навестить клинику Баковски? А ещё, когда я Майкла привёз, чтобы вы ему кожу на спине подлатали, это ты сообщила Кобре, что я остался жив после нашей с ним схватки в катакомбах?
Эва не отвечала и затравленно смотрела на пластинки в руках Терри. Что-то ещё? Терри поднёс к глазам последнюю. Там оказалась выписка с результатами анализов. И без сил опустился на стул у кровати.
– Ты беременна? А как же ты… Мы с тобой… Ну, тварь! Всех прибрала к своим липким паучьим лапкам. Андора, Кобру, Вилмара. И меня. А кто отец? Здесь написано, срок – три месяца? Дай-ка догадаюсь. Это не Андор, да? Так вот, почему ты всё это затеяла? Кристалл – только предлог?
Терри зашагал размашисто по спальне, он не смотрел на Эву, он складывал сейчас в уме все детали пазла. Ему лучше думалось, когда он двигался, а не стоял на месте.
– Рассказала про кристалл обоим: Кобре и Вилмару. Конечно, они заинтересовались. Ещё бы. Баковски мог бы продать технологию производства ткани-невидимки и обогатиться, а Кобра… Этой сволочи нужна полная власть в городе. И невидимые убийцы. А Андор… Андор сразу бы понял, что ребёнок не его. Элементарный анализ ДНК, и всё! И выгнал бы тебя к чёрту! Поэтому ты его отравила. И Ника тебе не нужна. Она же наследница… Ну?
Терри остановился и нагнулся над Эвой. Та сжалась под его ненавидящим взглядом.
– Где кристалл?! Говори!
– Отвезла ночью Кобре. Я обещала ему отдать, если он убьёт Вилмара. Баковски грозился всё рассказать Андору о моей давней связи с Коброй. И заставлял меня спать с собой! – выкрикнула Эва. – А ещё шпионить, всё узнавать у мужа и рассказывать ему!
Она уронила голову на руки и снова зарыдала.
– Это его ребёнок. Баковски. Он ничего не знал. Я не хочу этого ребёнка! И не могу сделать аборт – у меня наследственное заболевание крови. От него умер отец. Господи! Когда я узнала о беременности, подумала, что это конец.
– А если бы Андор умер от яда, ты бы осталась одна, – подхватил Терри, – одна на вершине «Беллами/Роботикс». Ники, считай, нет. Шантажиста Баковски убил Кобра. Сам Кобра захватит власть над преступным миром города благодаря тебе и кристаллу. И будет твоим сообщником.
В открытое окно долетел далёкий звук работающих винтов.
– Полицейские летят. Сейчас тебя арестуют. Твой ребёнок родится в тюрьме.
– Я не хочу, – завыла Эва, – Кобра меня там убьёт, я же всё о нём знаю. Тюрьма ему не помеха. И полицию он подкупил, там у него есть осведомители. Убьёт, конечно, убьёт. Не хочу-у-у… – она начала кататься по кровати, разлохмаченная, зарёванная, в неряшливой одежде. Терри смотрел на неё и понимал, что уже не чувствует ничего, не хочет обладать этой грязной лживой стервой. В памяти пронёсся образ загадочной прекрасной женщины в красном платье, которая курила с ним под дождем.
– Есть вариант спастись.
Эва перестала рыдать, подползла по кровати поближе к Терри и посмотрела на него с надеждой.
– Ты выдашь нам Кобру. Позвонишь ему и выманишь. Это называется – сделка со следствием. Ты понимаешь, что тебе грозит смертная казнь? А так дадут тюремный срок. Спрячут от Кобры. И позаботятся о ребёнке. А Кобру мы убьём. Я убью. Он не доживёт до суда, и вообще не будет жить, как только мы его поймаем. Я обещаю тебе. Соглашайся. Иначе…
Рокот винтов приблизился, Терри подошёл к окну. В рассветном небе к особняку подлетали два полицейских флаера. За спиной Терри вдруг услышал металлический звук взводимого курка. Он резко прыгнул в сторону, даже не оборачиваясь, и пуля, летевшая в него, так отчётливо видного на фоне окна, лишь слегка оцарапала щеку. Терри кинулся к Эве. Та, бледная до синевы, с поджатыми губами и горящими злобой глазами, успела нажать на курок ещё раз. Терри уже некуда было деваться с линии огня, он смог только немного сдвинуться. Почувствовал толчок в плечо, и затем всю руку обожгло резкой болью.
– На! – подскочив и уже не церемонясь, он выбил у неё из руки маленький дамский пистолет, а затем наотмашь ударил по лицу.
Она визжала, царапалась и пыталась кусаться, но Терри всё равно скрутил её, правда не быстро, при этом измазав обоих кровью, которая выливалась из раны на его плече.
Поискав, чем связать Эве руки, он дотянулся до кучи белья на кровати, выдернул чулок и замотал ей кисти за спиной. Потом нашёл в той же куче пушистые белые носки и придавил ими свою рану. Опустился на стул, уставший, опустошенный, разочарованный. И больше не разговаривая с Эвой, дождался лейтенанта и конвоя.
