Вечер она провела в слезах и раздумьях. Мужчина, с которым она прожила почти пятнадцать лет, оказался не тем, за кого себя выдавал. Он безжалостный зверь, который убивал людей направо и налево. Не просто так Ольгу много лет терзало чувство, что в их с Хастадом отношениях есть какой-то подвох.
Ночью Ольга долго ворочалась в постели без сна. Как тут уснёшь, когда вся жизнь кувырком?
Наутро, когда она слегка задремала, над её ухом прозвучало укоряюще:
– Крайне глупо с твоей стороны сбегать и заставлять искать тебя.
– Тебя никто не заставлял этого делать, – ни капли не удивившись и не поворачиваясь к говорящему лицом, ответила Ольга.
– Хола-Хола... – устало вздохнул Хастад. – У нас с тобой общий сын. Наши с тобой отношения никак не должны отразиться на нём. Если ты решила отдалиться от меня, не обязательно сбегать. Это бессмысленно. К тому же в этом мире у меня по-прежнему много врагов. Мне бы очень не хотелось подвергать тебя опасности, оставляя без присмотра.
– То есть ты мне сейчас дал понять, что я остаток жизни проведу возле твоих ног, как собачонка на коротком поводке? А если я захочу устроить личную жизнь с кем-то другим, ты снова устроишь казнь?
– Хола... – сжал кулаки великан.
– Ты сразу предупреди, чего мне ждать. Я больше не хочу становиться причиной чьей-нибудь смерти.
– Ты – моя женщина, Хола. И ничьей больше не будешь! – зло прорычал он.
– Между нами всё кончено, – напомнила о своём решении Ольга.
– Почему ты не хочешь понять меня? – с горечью спросил Хастад. – Я делаю всё, чтобы уберечь тебя и Хаса.
– Не прикрывайся нами! – повысила голос она.
– Хола, я люблю тебя. Я не готов тебя отпустить, – заговорил он о чувствах. Но, увы, и это не сработало.
– Так посади меня под замок, чтобы я окончательно тебя возненавидела! – с вызовом ответила Ольга.
– Ты нарочно злишь меня, – навис над ней великан.
– Можешь даже трахнуть меня против воли. Ты же сильный! Давай, раз ты ни во что не ставишь мои решения!
Хастад резко отстранился и сел спиной к ней:
– У меня не железные нервы, Хола. Если ты этого так хочешь, я отпущу тебя, но при одном условии, – пошёл на компромисс он.
– Каком?
– Ты остаёшься жить в моём доме.
– Хм... – недовольно фыркнула она.
– Можешь выбрать любую свободную спальню. Для Хаса всё останется по-прежнему.
– Вот так просто? И что, ты даже не будешь постоянно донимать меня своими собственническими замашками?
– Вовсе не просто, – покачал гголовой великан. – Я ещё надеюсь, чмто ты со всем разберёшься и передумаешь. Ты слишком пклохого мнения обо мне. Я ничего не деелаю просто так, без веской причины. Я избавился от тех, кто слишком много знал, потому что они представляли опасность для вас! Я серый великан, у которого в руках большая власть. Против меня плетутся заговоры. Не станет меня – вас с Хасом затопчут. Это ты понимаешь?
– Складно звучит. Но это не оправдывает тебя.
– А я и не оправдываюсь. Так что? Ты согласна вернуться?
– Только если ты не будешь меня трогать, – ответила Ольга.
– Хорошо. Тогда идём? – он протянул ей руку.
– Нет. Вызову водителя, – отказалась она.
– Понял. Вечером зайди ко мне в кабинет. Поговорим, – и он исчез.
Оля вернулась к себе в комнату в слезах. Без сомнения, она любила Хастада, но он принёс в жертву именно те свои качества, которые во что бы то ни стало, по её мнению, должен был сохранить.
Что он там говорил о верности? Лгал, выходит. Как же мерзостно… И ничего не понятно. Зачем было убивать ту женщину? Она недостаточно его ублажила? А может, он пожалел о близости с ней и решил избавиться? Убить беззащитную женщину, да ещё и в собственной постели – это низко даже для Хастада.
Всё, хватит об этом думать. Надо как-то смириться с этим и жить. Дышать, питаться, заниматься привычными делами… Они больше не вместе. Ольги это теперь не касается.
Она попыталась забыться, погрузившись в бытовые дела, но мясо подгорело, кружка разбилась, и вернувшийся с игры с Руршей Хас застал маму в совсем плачевном состоянии.
– Мама? – удивился он. – Что случилось?
– Мне сейчас трудно объяснить тебе, – она отвернулась и спрятала лицо.
– Это из-за отца?
– Да. Мы решили больше не быть вместе.
Лицо у Хаса вытянулось, уголки губ опустились.
– Ты его больше не любишь? – спросил он.
– Конечно, люблю! Дело в другом…
– Папа перестал быть для тебя хорошим?
Оля задумалась над вопросом и после короткой паузы кивнула:
– Точнее и не скажешь. Ты у меня такой взрослый… – она изобразила подобие улыбки, но вышло скупо и грустно.
– Нетрудно было догадаться. Папа сильно изменился: со мной больше не играет, к Рурше относится, как к мусору под ногами… Злой он какой-то стал. Для него только работа имеет значение.
– То есть ты не осуждаешь меня за такое решение?
– Нет. Хотя я скучаю по жизни в лесу. А теперь как мы будем жить? Уедем? И не будем с ним общаться? – спросил он.
– Я думала об этом. Бежать от него всё равно бессмысленно.
– Это да. Папа нас везде найдёт, – согласился Хас.
– Да и тебе нужен отец. Ты очень на него похож. А я пока что работаю на него.
