— Тяжеловато вам, — добродушно заметил он, показывая глазами на грудь.
И женщина вдруг улыбнулась, рассмеялась.
— Вы про это? — она тоже скосила глаза на свою грудь. — Да я уже привыкла.
Быстро внеся в план намеченные за обедом коррективы, Сергей традиционно играл с Густавом в шахматы.
За соседним столом Ники, стараясь не шуметь, осторожно подошла сзади к играющему на компьютере Закиру.
— Ага! — резко произнесла она, пытаясь напугать. — Опять ты девочку собираешь!
— Так ваших нет снимков, — невозмутимо ответил Закир. — Давай мы тебя снимем. Буду собирать только тебя.
— Разденем и разложим, — вставил Густав, задумчиво глядя на доску.
— Заманчивое предложение, — игриво произнесла Ники. — Я подумаю.
Видя, что ничего более интересного не происходит, девушка отошла к окну, включив по дороге музыку. «Секс, секс — как это мило, — тот час разнеслось по комнате. — Секс, секс — без перерыва…» Густав поморщился, подняв руку над шахматной доской.
— Да-а… смело, — философски вздохнул он с ноткой грусти. — Нам за нынешней молодежью уже и не угнаться. Мы, поди, для них — скромные и закомплексованные личности, — намекнул он на девушек группы.
— Согласен, — подтвердил Закир, не отрываясь от экрана монитора. — Песни про любовь стали носить все более агрессивный характер. А агрессия — это в первую очередь — насилие.
— Такая нынче любовь, — философски протянул Густав, в задумчивости подняв слона. — Шеф, наверное вам шах.
Сергей пожал плечами и тут же сделал ответный ход.
— Впрочем, человек всегда остается человеком, — продолжал Густав, разглядывая возникшую на доске ситуацию. — Что в Древнем Риме, что в наше время, что сейчас. Подлость — она всегда подлость, а любовь — всегда любовь. Просто границы между этими понятиями слегка сдвигаются в разные стороны в разное время.
— Ну а взять нашего стажера, — заметил Закир. — Восемнадцать лет. Как раз этот возраст. А поведение абсолютно другое.
— Возможно — это только в массе проявляется, — промолвил Густав, делая свой ход. — Или это просто стиль такой, а на самом деле все не так.
— Закир, твой цветок совсем что-то завял, — вдруг возмущенно произнесла Ники.
Сергей, передвинув ферзя, непроизвольно посмотрел на подоконник. Действительно, цветок. Как-то сразу и не обратил внимание. На горшке надпись большими буквами:
«Данное растение появилось в комнате 405 по случаю года плодотворной работы Закира Шелегова. Взращено службой управления персоналом.
Рекомендуется регулярно поливать, два раза в день выгуливать, шептать по секрету ласковые слова как можно чаще и тогда оно, возможно, расцветет.»
Ники решительно ушла за бутылкой с водой.
— Не мужское это дело, — ответил Закир, когда Ники вернулась. Обернулся, посмотрел на девушку, которая, наклонившись, аккуратно, чтобы не перелить, поливала цветок. — И вообще, надо его поставить на самый верх шкафа.
— Зачем? — удивилась Ники, не оборачиваясь. — Там же неудобно поливать? Высоко тянуться придется.
— Вот-вот, я про это и говорю. Для большей эстетики.
Ники обернулась. Внимательно посмотрела на Закира.
— Нельзя же думать только про одно и тоже, — строго-назидательно произнесла она. — Время от времени надо перенаправлять свои мысли, желания, интересы. Например, на этот цветок. Тебе же его подарили.
Мужчины засмеялись.
— А это уже — зоофилия, — сказал Закир, улыбаясь одними глазами.
— Нет, — отрицательно покачал головой Густав, не отрываясь от шахматной доски. — Скорее всего это — флорофилия.
— Одни глупости на уме, — фыркнула Ники и отвернулась к окну. — Однако как он сразу воспрял! — обрадовалась девушка, трогая листки. — После поливки. И как затвердел!
— Ты, наверное, нежные слова шептала, — сказал Густав, делая быстрый ход. Сергей тут же ответил.
— Естественно, — подтвердил Закир. — Разве от простой воды он так воспрял бы? Сам подумай.
— А разве это он? — спросила Ники наивно.
— Конечно, — сказал Закир.
— А как вы определили?
— По ряду признаков, — интимно ответил Закир и Ники засмеялась.
— Да ну вас, — сказала она, покраснев в очередной раз, и ушла к Алле в аппаратную — наверное, поделиться радостью.
Густав оторвал взгляд от доски.
— Шеф, вы на сколько ходов просчитываете? — спросил он, аккуратно, без шума, укладывая своего короля на доску.
— Не знаю, — пожал Сергей плечами, протягивая руку. — Как-то не обращал внимания.
Игроки обменялись заключительными рукопожатиями.
— Реванш? — спросил Густав, собираясь расставить фигуры.
Сергей отрицательно покачал головой.
— Дела, — сказал он. В мозгах уже проветрилось, и теперь надо готовиться ко встрече с Ланой — все хорошо продумать, чтобы наверняка, чтобы с первого раза… Затягивать ему никак нельзя.
— Обед же?!
— И тем не менее.
Сергей закрылся в своем кабинете.
