— Шеф, — тихо произнесла Алла с таким скрытым трепетным волнением, словно это были первые минуты первой брачной ночи. — Задержитесь на небольшую вечеринку? Хоть на немного?
«Умеет же! — искренне восхитился Сергей ее игрой. — В кино ей надо. А она здесь прозябает.»
— Не могу, — извинился он. — Жена обидится. Давно я ее не видел.
— А мы? — распахнула ресницы Алла. — Мы ведь тоже люди?! Тоже вас не видели столько же времени. Да и вы — нас.
— По чуть-чуть — и по домам, — добавил Закир, появившийся за ее спиной.
— Ну хорошо, только до восьми, — решительно заявил Сергей, зачем-то показывая на часы. — А то жена не поймет, из дома выгонит. Не был, понимаешь, столько времени (он чуть не сказал — больше года) — и на тебе — не соскучился, домой не тянет.
— Шеф, нам много и не надо! — томным движением длинных волнующих ресниц радостно ответила Алла, и все тот час празднично засуетились.
Родителей Элоры не было дома — ушли в гости, и Сергей помогал на кухне Элоре с приготовлением ужина. Сегодня это были макароны по-флотски, и обращаться с ними он не умел.
Элора, глядя на него, непроизвольно улыбнулась.
— Вы что, совсем не умеете готовить макароны?
— Не приходилось как-то, — виновато улыбнулся он в ответ. — Да и не мужское это дело.
— А что, вы относитесь к тем, кто четко разделяет мужские и женские обязанности? — несколько жестковато спросила она.
— Да нет, — несколько растерялся он от смены тона. — Просто поговорка есть такая. И вообще, вы ко мне чересчур придираетесь.
— А может, наоборот? Я вас вижу слишком хорошо, и вам это не нравится?
Сергей посмотрел на девушку.
— Я был бы этому только рад, — пробормотал он, отворачиваясь к кастрюле.
А Элора смутилась.
— Нас на завтра пригласили в гости, — сказала она через какое-то время обоюдного молчания.
— К кому? — спросил Сергей, потому что должен был спросить.
— К моей подруге.
— Хорошо, — кивнул Сергей, подумав, вот я снова встречусь с ней, только она не будет знать об этом.
— Едем на верхние уровни, — продолжила Элора уже более уверенно и критично осмотрела Сергея. — Ваш внешний вид я беру на себя. А вас попрошу не задерживаться на работе.
Звонок в дверь.
Сергей открыл.
Кира. Странная какая-то. Из своей комнаты выглянул Терций.
— Давай быстрее, — поторопил юноша, нагло улыбаясь.
У обоих вид заговорщицкий. Подозрительный.
Кира торопливо разделась и убежала в комнату Терция. Щелкнул замок.
Однако, подумал Сергей. Поднявшись в ванную, он включил ручной браслет на просмотр.
— Ну что? Присядешь на корточки? — спросил Терций.
— Зачем?
— Поиграю с твоим ртом.
— Не хочу.
— Почему?
— У меня со вчерашнего губы еще болят.
— Ну тогда раздевайся, — сказал он решительно и обнял девочку. — И в кресло!
И тут Сергей не выдержал. Решительно спустился вниз. Энергично постучал.
— Что я слышу?! — растерянно воскликнул он, так как в принципе не знал, что дальше делать.
— А подслушивать нехорошо, — недовольно покривился Терций, нехотя открывая дверь. — Вас разве в детстве этому не учили?
Кира, сидя с ногами на диванчике, усмехнулась, с каким-то любопытством посматривая на взрослого дяденьку.
— Вам сколько лет? — снова спросил Сергей.
— А что тут такого? — оба насмешливо смотрели на Сергея, и от этих детских в общем-то еще взглядов Сергей растерялся еще больше.
— А вы не в курсе, что сейчас молодежь быстрее развивается? — вежливо спросила Кира, смеясь глазами. — Не то что в ваше время?
Сергей не стал говорить, что в Древней Руси девочки ее возраста уже имели детей, а парни — сражались на поле вместе с мужчинами. Просто решительно принялся выпроваживать девочку, отправляя её домой. Под его надзором и смешками Терция Кира оделась в коридоре, глупо улыбаясь. Ушла. Терций тоже стал одеваться.
— Куда? — спросил Сергей, боясь, что тот догонит девочку и они пойдут за тем же самым, только в другое место.
— Да вам-то какое дело? — зло ответил Терций, протискиваясь мимо Сергея к двери.
Терций вернулся через час. Явно — навеселе. Не раздеваясь, в коридоре, нагло позвал Сергея.
— Пойдем выйдем.
Даже потянул его за воротник.
А тут и вернувшиеся родители распахнули дверь. Опешили от этого вида.
— Это как называется!? — растерялся тесть.
— Как-как — никак! — хмуро огрызнулся нетрезвый Терций и вразвалочку направился к выходу.
— Сынок, постой! — окликнула его мать.
— Отстаньте вы от меня! — со злость ответил щупленький Терций, подходя к двери. — Это называется — террор любовью. Надоели.
И он с грохотом закрыл дверь кухни.
— Я — за ним. Проведу воспитательную беседу, — торопливо пробормотал Сергей, одеваясь на ходу и выскакивая следом.
Как он и ожидал — на улице его ждали. Компания из троих стояла возле подъезда, кутаясь от ветра. Тоже нетрезвые — что существенно облегчало ситуацию. Позади них виднелась щуплая фигурка Терция.
— Этот что ли? — услышал Сергей грубый голос.
Ответа он не расслышал, но троица вразвалочку направилась к нему.
— Эй ты, хмырь! — обратился тот, что шел посередине. — Не знаешь, что маленьких нехорошо обижать? За это и руки поотрывать можно.
