Потом отдали машину "на растерзание" техническому экипажу, но и ходовой экипаж с интересом слушал пояснения, как все устроено и как нужно обслуживать технику. Пошел в заводоуправление, но эскиз кабины еще не готов и смотреть нечего. Зато представил Олега, как командира первого экипажа и моего заместителя. Взял два листа бумаги и написал два прошения на имя Военного министра: одно с просьбой прикомандировать на время испытания боевой гусеничной машины конструкции князя Стефани-Абиссинского капитана лейб-гвардии Семеновского полка Зернова Олега Петровича. Второе прошение — выделить орудие Барановского и пулемет "Максим" с боеприпасами для установки на ту же машину при испытаниях на Обуховском заводе и полигоне "Ржевка".
Запечатал в конверт и попросил Олега отнести пакет в экспедицию[749] Военного Министерства и пусть там зарегистрируют входящий номер, а он его запишет.
В 15 часов я был у генерала Обручева, из знакомых лиц увидел капитана Стрельцова, с которым любезно раскланялся и он тоже был рад меня увидеть. Докладывал начальник Военно-научного отдела[750], который рассказал об обстановке в Эфиопии. Информация приблизительно такая же, как и в газетах, однако, в Главном штабе были донесения полковника Артамонова, нынешнего посла, из которых следовало, что обстановка складывается для русских из рук вон плохо. Она и раньше была не из лучших, так как Негус переориентировался с России на Германию, но теперь среди африканских стран-союзниц произошел раскол.
Виной всему — подковерные игры князей-расов, которым вообще не нравилось присутствие каких-либо иностранцев в Эфиопии. Этот "клуб" возглавляла императрица Таиту Бетул, привлекшая на свою сторону расов Севера и горных провинций, но есть, собственно, правителей коренной Абиссинии. Формальным поводом раскола послужил неравный дележ трофеев после битвы при Омдурмане. Эфиопы практически не понесли потерь, они не участвовали в рукопашных схватках, а вот махдисты-суданцы были выбиты на девяносто процентов. В этом состоял расчет раса Мэконнына, главнокомандующего союзными войсками, который ввел в бой махдистов, практически бросив их на пулеметы Китченера. Разгром суданцев позволял Мэконныну затем прибрать к рукам весь Судан с его золотыми рудниками, так как провинции раса граничили с Суданом — всего отодвинь границы на пятьсот верст и все золото твое.
Существенные потери понесла и верблюжья кавалерия кочевников-сомалийцев, именно они штурмовали и захватили батареи и уничтожили два каре британцев, а потом вдруг выяснилось, что эфиопы "наложили лапу" на орудия и дюжину пушек пришлось отдать (мол, сомали обращаться с ними не умеют). Хорошо еще, Абу Салех пулеметы успел увезти в свой обоз, но, когда Мэконнын сказал, что половина пулеметов — его, Салех вспылил и "послал" раса подальше. Чашу переполнило известие о том, что пока африканцы дрались, немцы увели обоз лаймиз[751]. Все это привело к тому, что оскорбленные и разгневанные кочевники ушли, а Мэконнын обменял (то есть продал пленных британцев) на новенькие пулеметы, прибывшие в Александрию и заключил сепаратный мир с бриттами (к неудовольствию немцев, которые рассчитывали, что объединенные войска и дальше продолжат наступление на Север).
В результате — все забились по своим норам: Лаймиз укрепляли оборону Александрии и накапливали силы для реванша; Менелик с Таиту сидели в Аддис-Абебе; Мэконнын с трофеями вернулся в Харар и собирал силы, готовясь к отпору бывшим союзникам-кочевникам. С последними пытаются "задружиться" британцы: Артамонов написал в телеграмме, что, по данным его агентов к Салеху прибыла целая делегация из Британского Сомали с богатыми дарами. И вот вчера Артамонов прислал срочную телеграмму о перевороте в Аддис-Абебе. У Ильга, агента влияния немцев, состоялся неприятный разговор с Менеликом, после чего Негус расстроился и его хватил удар[752], неизвестно, вообще, жив он или мертв. Таиту объявила императрицей дочь Менелика от первого брака, семнадцатилетнюю Заудиту, и назначила себя при ней регентшей. Сама Таиту не может претендовать на трон, так как в ней нет "соломоновой крови", но она пользуется поддержкой абиссинской знати Севера. Но у Заудиту есть конкуренты — рас Мэконнын и его сын Тэфари, "в жилах которых тоже течет соломонова кровь". Мэконнныны пользуются поддержкой расов юга и, до недавнего времени, имели союз с кочевниками.
