До недавнего времени это заклинание представляло из себя достаточно длинную и толстую ледяную глыбу, которая за счёт своих форм летела гораздо быстрее неоформленного куска льда и из-за внушительной массы хорошо работала против магических щитов и наносила серьёзные внутренние повреждения.
Сейчас же у меня в руке удобно лежало достаточно тонкое, длинное и тяжёлое копьё с плоским наконечником, которое переливалось голубым светом от вложенной силы.
«Ну давай, не подведи!» — подумал я, и духовная энергия поступила в мышцы, чтобы спустя несколько мгновений сверкнувшее в воздухе копьё разворотило брюхо не подозревавшего об его убойности медведя.
«Получилось», — обрадовался я, и второй снаряд тут же нашёл свою цель.
На третий раз удача от меня отвернулась. Стоило только создать «открывашку» (так я решил назвать заклинание), как последний медведь, выставив перед собой ледяной щит, нырнул назад и исчез из виду.
Только я бросился за ним, как чувство опасности заставило рвануть вверх, уходя от таранного удара двух огромных масс снега.
«Это что⁈ Меня только что чуть не превратили в лепёшку?» — мелькнуло в голове, и, оттолкнувшись от летящей глыбы льда, я заметил смутный силуэт и бросил в него всё ещё находящееся в руках копьё.
Рык, полный боли, и глыбы льда начали лететь со всех сторон.
«Заметил!» — подумал я, увернувшись от парочки просвистевших рядом снарядов, и, сократив дистанцию с помощью техники «шаг», вновь ударил «открывашкой».
Медведь, который оказался гораздо больше уже виденных, успел среагировать и выставить щит, но копьё прошило его и вошло в одну из лап.
Монстр взревел, рыкнул и, выдернув снаряд, бросился на меня — но тут же рухнул в снег. К сожалению, добить отвлёкшегося медведя мне помешали ещё двое, забросавшие меня множеством острейших льдин с близкой дистанции, а затем рванувшие вперёд, надеявшиеся быстро справиться с юркой целью.
«Зря», — подумал я и контратаковал, заключая одного из противников в ледяную тюрьму и втыкая второму в глаз сформировавшуюся в воздухе саблю.
В этот момент в бой активно включились Хладовы, сумевшие добить не только раненого в лапу, но и того, который с лёгкостью разбил наспех сформированную «ледяную тюрьму», и всех тех, кого я успел достать.
Пока мы с Ульяной Романовной искали других медведей, Ольга и Людмила принялись изучать мои копья, которые им очень понравились и которые они решили взять с собой.
Внимательно осмотревшись и обнаружив следы, по которым медведь отправился к словно бы светящейся ледяной горе, мы двинулись следом и скоро оказались возле склона, внутри которого была выбита небольшая пещера, где расположился громадный медведь. Он сидел к нам спиной и что-то с энтузиазмом жрал.
Внизу, у пологого входа, стояла пятёрка вставших на задние лапы медведей, зарычавших при нашем приближении.
Услышав звуки, вожак с перепачканной кровью мордой повернулся и зло рыкнул, а успевший что-то рассмотреть Роман Павлович произнёс:
— Он жрёт своего же. Того, который от нас сбежал.
— Странно для монстра, — произнесла готовая к бою Ольга.
— Меня больше беспокоит, что их здесь всего двенадцать, а ты говорила, что должно быть около двадцати. Где остальные? Не нападут ли они со спины? — спросила Людмила.
— Если вожак пожирает своих, то ничего удивительного в их малом количестве нет, — заметил Роман Павлович.
— Лучше бы подумали, зачем вообще он это делает, — сказала Ульяна Романовна. — Гордей? Есть предположения?
Я покачал головой, мыслено формируя наиболее убойную «открывашку» с большим количеством энергии, которой решил атаковать слишком расслабившегося и сосредоточившегося на еде вожака.
— А вот у меня есть подозрения, что это необходимо для перехода разлома на другой класс, — напряжённым тоном произнесла женщина. — Поэтому нужно его как можно быстрее остановить. На всякий случай.
В этот момент вожак оторвал очередной кусок и, закинув его в пасть, выпрямился.
«Сейчас!» — мелькнуло в голове, и появившееся в руках копьё, наполненное под завязку магической энергией, вошло в позвоночник расслабившегося здоровяка.
Яростно заревев, он дёрнулся и, желая обломать внезапно возникший в спине предмет, упал на спину. Копьё, не выдержав подобной нагрузки, ожидаемо сломалось, однако его наконечник, придавленный массой, всё же вошёл глубже в тело и обездвижил оглушительно зарычавшего от боли и страха вожака, лапы которого перестали его слушать.
Почти одновременно со мной свои копья отправили в полёт и Ольга с Людмилой, а остальные родственники атаковали троих оставшихся медведей.
— Раненых не добивать! — подал голос дед Павел, который перехватил брошенный в него кусок льда, и вернул назад рой сосулек. — Нам нужно ещё вызвать своих для ритуала!
— Не трогаем! — крикнула Людмила, и уже созданное ею копьё ранило очередного монстра.
Медведи ещё сопротивлялись, однако против магов, которые и сами пользуются холодом и льдом, они были бессильны.
К тому моменту, как всё было закончено, в живых оставался не прекращающий яростно рычать вожак, а также двое раненых копьями медведей.
