Александр встал из-за стола и, подойдя к кухонной стойке, достал нож.
— Да это же кабачок — громко рассмеялся Александр, когда разрезал лже-огурец.
— Да иди ты! — выкрикнул я и подошел ближе.
— Точно кабачок, гляди какие семечки — все смеялся Александр — совсем молодой, но это точно кабачок.
— Вот сразу видно, что ты из деревни, нужно было тебя с собой брать в магазин — грустно сказал я — держи, потушить можешь, я кабачки не люблю.
Я оставил пакет с лже-огурцами Александру и ушел в свой трейлер, чтобы поскорее забыть эту печальную историю. Однако ни я, ни ребята не забыли о том, как я вместо огурца съел целый сырой кабачок. На протяжении всего лета ребята часто подшучивали надо мной, вспоминая эту историю. Жизнь в трейлере моей мечты была более чем прекрасна. Я был сам себе хозяин. Находясь в полном одиночестве, я был этому только рад. По вечерам я готовил ужин и смотрел американское телевидение. Я ни слова не понимал, но был крайне счастлив лежа на большой кровати и смотря на цветной экран телевизора.
Шел обычный рабочий день. Мы с Александром мыли лодку, которая была привязана на пирсе, а Денис сидел в соседней лодке и слушал музыку в наушниках. Он сильно рисковал, так как Марти уже несколько раз предупреждал его о том, что слушать музыку на рабочем месте категорически запрещено. Через мгновение на пирсе, прямо перед нами появился Марти. Еще секунду назад в радиусе ста метров не было ни души, но стоило нам лишь отвернуться и расслабиться, как появился Марти. Это была его уникальная способность — заставать нас врасплох. Создавалось такое впечатление что, наступая на землю, Марти не издавал абсолютно никаких звуков. Может быть, все дело в его белых кроссовках? На протяжении всего лета мы спали в лодках посменно, кто-то спит, а кто-то смотрит по сторонам. Даже в таких ситуациях стоило тому, кто следит за нашим покоем, задуматься или лишь на секунду прикрыть глаза, то сразу же, откуда не возьмись перед нами возникал образ Марти с ироничной улыбкой. Чтобы избежать этих неприятных ситуаций, мы стали придумывать разные лазейки, и чтобы не кричать во все горло «Марти идет!» и тем самым вызывать подозрение, мы единогласно решили называть его «Мориарти» как злодея из Шерлока Холмса. В этот раз мы были еще не подготовлены и Денис, пойманный с поличным, сразу же распрощался со своим телефоном. Теперь каждое утро перед работой Денис должен был сдавать свой телефон Марти лично в руки и получать его обратно лишь только вечером. Марти к нам пришел не с целью поймать Дениса за бездельем, а сообщить, что к нам приехал еще один работник и в скором времени пополнит дружину мойщиков.
— Михаил! К нам новенький приехал, пошли знакомиться! — крикнул я Михаилу, который в этот момент мыл лодку на соседнем пирсе.
Марти довел нас всех до скамейки, на которой с ноутбуком в руках и с сигаретой в зубах сидел Максим. Он был уставшим после тяжелой дороги. С помощью ноутбука он пытался связаться с родными и сообщить, что все в порядке. Максим был простым парнем без комплексов и первым начинал любые разговоры. Он рассказывал истории из своей жизни, а также он любил говорить о своем отце, которого любил и очень уважал. Ничего странного, обычный рассказ о хороших отношениях в семье, но такие истории, а особенно если речь шла про образцового отца, меня расстраивали. Я не мог спокойно их слушать, ведь я не мог их понять. Я никогда не знал, что это такое иметь отца. Что это такое иметь семью. У Максима была девушка, которая осталась в Самаре. Они очень сильно скучали друг по другу. На протяжении всего лета, три раза в день, перед работой, во время обеда и ночью, Максим звонил ей и болтал часами напролет. За все это время он успел несколько раз с ней поругаться и несколько раз помириться. Максим старался контролировать каждый ее шаг даже, несмотря на то, что их разделял Тихий океан. Особенно нас с ребятами развеселил тот факт, что Максим обустроил себе специальное место для переговоров с девушкой. Рядом с домом, на месте, где раньше стояли велосипеды, он поставил себе стул и развернул там свою радиорубку. Максим любил коротко стричься и неброско одеваться. Он не любил тех, кто одевался стильно, у кого были длинные волосы, серьги в ушах, татуировки.
— Так мужик не должен выглядеть — часто повторял Максим.
