«Господин Розочка возвращается» — вторая часть трилогии немецкой детской писательницы Зильке Ламбек. В первой книге читатель познакомился с восьмилетним Морицем, его семьей и весьма необычным пожилым господином, который живет этажом ниже. Зовут его Леопольд Розочка, и он знает, где собрать урожай зонтиков, как разговорить самого настоящего слона и найти крошечного паркового тигра. Мориц уже успел к нему привязаться, но господину Розочке пришлось срочно уехать. На прощание он подарил мальчику подзорную трубу.Как-то раз Мориц от нечего делать решил в нее заглянуть… И увидел нечто невероятное. Похоже, одному очень хорошему человеку грозит опасность, и только Мориц может ее предотвратить. Но без господина Розочки ему не справиться. Мориц должен во что бы то ни стало его разыскать.В 2009 году первая часть трилогии, книга «Господин Розочка», получила престижную французскую литературную премию «Хронос».
Как хорошо, что на свете есть чудесный господин Розочка!
Чтение, от которого становишься счастливым.
Жизнь современного ребенка полна трудностей, и именно такие персонажи, как господин Розочка, помогают с ними справиться.
Райнеру
Время было позднее. Мориц лежал в постели и смотрел в потолок. В комнате было темно, и только свет уличного фонаря проникал в щель между шторами. На потолке светились звёзды из пластика. Бабушка подарила ему целый пакет таких звёзд, когда он в последний раз был у неё в гостях.
— Теперь по вечерам ты будешь видеть звёздное небо, — сказала она.
С тех пор Мориц всегда смотрел в небо и незаметно засыпал.
Но сегодня это не срабатывало. Мориц вздыхал. Он слышал, как на кухне смеялась мама. Гремели кастрюли, которые она мыла после ужина; по улице изредка проезжал какой-нибудь автомобиль. Уже поздно, а завтра Морицу на втором уроке писать диктант. Пора бы и заснуть. Но вместо этого он сел в кровати, подложил себе за спину подушку и уставился на стену.
Сегодня после обеда произошло одно событие. Но чем дольше Мориц думал об этом, тем невероятнее ему казалось случившееся. Должно быть, ему просто померещилось. Может быть, он ненадолго заснул и всё это привиделось ему во сне? Вот бы расспросить господина Розочку! Но тот был в отъезде, и Мориц не знал, когда он вернётся. Если вернётся вообще. Мориц ничего не слышал об этом пожилом господине с тех пор, как тот три месяца назад спешно уехал в Каппадокию. Рождество и День святого Сильвестра уже месяц как миновали, а от него не было никакой весточки.
В этот день Мориц сидел дома за уроками. Он делал задание по естествознанию. За окном падал снег, и настольная лампа отбрасывала на страницы учебника тёплый свет. Отвечая на вопрос, годится ли рожь на что-нибудь, кроме хлеба, Мориц машинально вертел в руках подзорную трубу для мелкой дичи, как бывало уже не раз. Морицу нравилось, как её гладкий металл согревался в его пальцах. Кроме того, в такие моменты он всегда вспоминал господина Розочку, который подарил ему эту подзорную трубу перед отъездом. Мориц очень по нему скучал.
Вот и в этот день ему на миг почудилось, будто он слышит голос господина Розочки, в котором всегда звучала улыбка. Господин Розочка жил в квартире прямо под ними. Он знал множество замечательных историй и умел печь лучший в мире насыпной пирог. Именно господин Розочка показал ему паркового тигра и при помощи загадочной солонки превратил злого маминого начальника в милейшего человека.
И когда с его чернильной авторучки на тетрадь медленно упала клякса, у Морица вдруг возникло странное чувство. Подзорная труба у него в руке как будто засияла ярче и стала нагреваться. Она словно внезапно ожила. Мориц поднёс её к глазу. Поначалу он ничего не увидел.
То есть он видел синий письменный стол, тетрадь по математике и недостроенную крепость из кубиков лего. Но когда он немного навёл резкость, наставив подзорную трубу на серебристого рыцаря, картинка изменилась. Вдруг стало темно, и Мориц подумал, что сбил настройки. Но потом темнота рассеялась, и он увидел узкий переулок. В нём было сумеречно, и несколько желтоватых фонарей освещали его скудным светом. Тесно лепились друг к другу ветхие, покосившиеся дома. Тёмные дыры в фасадах напоминали входы в пещеры. На неровных тротуарах не было ни души: ни человека, ни собаки, ни кошки.
Мориц опустил подзорную трубу. Наступил ранний зимний вечер, на оконном стекле всё ещё висели прозрачные рождественские наклейки. В углу валялась его спортивная форма, которую он зашвырнул туда вчера после физкультуры. Всё было как обычно. Он снова посмотрел в подзорную трубу.
Теперь Мориц более отчётливо видел тёмные дыры подъездов. Окна и двери как будто боялись улицы и старались вжаться в глубь домов. Стёкла в окнах пошли трещинами или просто были выбиты. Рамы едва держались в раскрошенной штукатурке. Нигде не горел свет. Вся улица казалась вымершей. Хуже того: вид у нее был такой, будто жизни здесь не было вообще никогда. Эта картина что-то напоминала Морицу, но он не мог вспомнить, что именно.
Мориц навёл подзорную трубу на одно из окон, которое показалось ему не таким слепым, как остальные. Картинка стала резче, но он смог рассмотреть лишь посеревшую кружевную занавеску. На мгновение ему показалось, что он уловил за занавеской какое-то движение. Однако в следующий момент всё снова было спокойно. Он прошёлся подзорной трубой вдоль фасадов, ощущая, как в нём нарастает чувство безысходности. Он будто и сам стал частью этой серой улицы.
