Идя по дорожке, Валентайн с радостью отметил, что выбрал приятное место. Старый двухэтажный дом в викторианском стиле с верандой по всему периметру и видавшими виды креслами-качалками. Стойка администратора примостилась сразу за входной дверью. За ней сидел аккуратный человечек. Он пил травяной чай и вел подсчеты в чековой книжке.
— Добрый день, — приветствовал Тони администратор, подняв глаза.
— Здравствуйте.
— А вы… господин Валентайн?
Странно, этого человека ему арестовывать не доводилось.
— Совершенно верно. Откуда вы знаете?
— Вы с сыном похожи как две капли воды. Они наверху. В седьмом номере.
Валентайн поблагодарил и вскарабкался по винтовой лестнице на второй этаж, притормозив на полпути, чтобы полюбоваться развешанными по стенам черно-белыми фотографиями старого Ки-Уэста. С нескольких на него смотрел седой загорелый Эрнест Хемингуэй. Как-то приехав сюда на экскурсию, Валентайн зашел в дом Хемингуэя. Уютно и никакой мишуры — дом произвел на него сильное впечатление.
Седьмой номер оказался в самом конце коридора. Он легонько постучал. Ответил голос его сына:
— Не заперто.
Валентайн открыл дверь и вошел. Джерри стоял, склонившись над кроватью, и пытался поменять подгузник двухмесячной дочке. Девочка брыкалась и громко выражала свое недовольство. Джерри был на грани нервного срыва.
— Дай покажу, как это делается, — сказал Валентайн.
Назвать девочку в честь умершей жены Валентайна предложила Иоланда. Джерри все время твердил, что его жена — экстрасенс, и в этом случае оказался прав. Малышка пошла в бабушку: нежное фарфоровое личико, черные волосы и пухлые губки. Держа ее на руках, Валентайн всякий раз ловил себя на том, что безгранично счастлив и в то же время невероятно печален. Он пощекотал внучкины пяточки, чтобы она перестала плакать, и поменял подгузник. Джерри поднял ее.
— Дедуля у нас классный, да?
— Я подгузник поменял, мне и на руках ее держать, — заметил Валентайн.
— Конечно, конечно. Только пообещай, что не укусишь ее.
— Очень смешно.
Джерри передал дочку Валентайну.
— Так что у тебя там? Ты по телефону такой был — я думал, ты в лотерею выиграл, но потом вспомнил, что ты азартные игры не уважаешь.
Валентайн прижал девочку к груди. И понял, что внуки — самое великое изобретение на свете. Одно удовольствие — и никакой головной боли.
— Вчера мне представилась уникальная возможность. И тебя это тоже касается.
— Ну, я весь внимание.
Из ванной вышла Иоланда и поцеловала свекра в щеку. На ней были белые шорты и мужская рубашка. Выглядела она ослепительно. Его сыну повезло жениться на удивительной девушке. Она была врачом. Но главное — она мирилась с глупостями Джерри, что в глазах Валентайна делало ее святой.
— Еще раз спасибо за этот отдых, — прощебетала Иоланда.
— Да, пап, — подхватил Джерри. — Спасибо.
Валентайн передал девочку Иоланде.
— Мне надо с сыном поговорить. Ты не будешь против, если мы исчезнем ненадолго?
Она взглянула на Джерри. Отпуск явно пошел им на пользу, и в глазах Джерри блеснули озорные огоньки.
— Только не задерживайтесь.
Джерри всегда любил зрелища. Поэтому Валентайн не удивился, когда они очутились на пирсе в конце Дюваль-стрит, где в лучах заходящего солнца выступали уличные артисты. Тут были жонглеры, музыканты и гибкая акробатка, испещренная татуировками на библейские сюжеты. Но внимание зрителей было приковано к тощему пареньку с четырьмя дрессированными кошками. Все они были рыжими и худыми, как их хозяин. Кошки прыгали через обруч и звонили в колокольчики, за что получали награду: крошечный кусочек мяса. Казалось, что они вот-вот упадут бездыханными, и Валентайну захотелось купить им еды, но он сдержался и бросил десять долларов в шляпу дрессировщика.
— Ты такой доверчивый, — сказал Джерри, когда они пошли дальше.
— Да?
— Этот парень разъезжает на «Мерсе».
— А почему он такой худющий?
— Фишка такая. Люди его жалеют. И его кошек тоже. А он зашибает будь здоров.
Смеркалось. Толпа рассеивалась. Валентайн и Джерри остались на пирсе одни. Они уплетали шоколадное мороженое, купленное в палатке. Джерри откусил кончик рожка и высасывал мороженое через получившееся отверстие.
— Не хочешь вернуться и снова работать на меня? — спросил Валентайн.
Джерри дернулся, белая капля поползла по его подбородку.
— Ты серьезно?
— Нет, я убил целый день на дорогу, просто чтобы пошутить.
Джерри вытер подбородок салфеткой.
— Ты договорился с этими типами из Лас-Вегаса?
Валентайн кивнул. Билл Хиггинс предложил ему простую сделку. Валентайн берется за дело Рики Смита, и владельцы казино вычеркнут Джерри из черного списка да еще выплатят Тони гонорар, которого он до сих пор не получал. Валентайн, конечно, был оскорблен, но не настолько, чтобы отказаться от такого предложения. Джерри выбросил свой рожок в океан и обнял отца.
— Пап, ты мой спаситель.
