Примерно в это же время штурм горы знаний под командованием Финь Ю действительно, как он и обещал, прекратился. Знания из кристалла словно взорвались во мне, к счастью, не разбрызгав остатки мозга по черепной коробке. Однако процесс поглощения нового объема моей структурой знаний оказался далеко не быстрым. Отсюда, некоторая заторможенность и странности в поведении. Одногруппники грешили на Виррано, боевые действия с которым у меня не прекращались. Въедливый лекарь не упускал случая изводить придирками, поэтому даже чуть-чуть пофилонить и расслабиться на его занятиях у меня никак не получалось. Тем не менее, четвертый курс я окончил, получив у него высший бал… с минусом. Надо видеть, каких мук ему стоило поставить эту оценку, но, надо отдать ему должное, безосновательно занижать не в его правилах. Единственной поблажкой его неприязни явился этот длинный и жирный минус, ни на что, по сути, не влияющий.
– Филин. Дружище! Я ж не могу видеть, как ты маешься. Хочешь, мы всей группой поговорим с наставником? Хочешь я ему, как потомственный простолюдин, объясню, что среди потомственных аристократов тоже бывают трудяги, видящие смысл жизни не только в балах и флирте. Неужели же ж мы всей группой не сможем его убедить?
– Не надо, Сен. Благодарю, конечно, но, право, не стоит. Он меня заставил знать свой предмет не хуже его самого – так это мне только на пользу. Поверь, я готов! Прорвемся, Сен.
– Ну что ж. Как знаешь, как знаешь.
Тут я заметил, что тороплюсь вслед за целеустремленно шагающим другом. Он – шаг, я – два.
– Куда бежим?
Сен резко затормозил, посмотрел на меня с сочувствием и терпеливо произнес:
– На экзамен, Филин. У нас экзамен по аурной диагностике. Мастер Виррано уже вот-вот закроет двери в палату… Так. Еще раз. Мы в больнице королевы Ларинианы. У нас экзамен… М-да. Думаю, зря тебя оставили летом в городе. Практика в столичной больнице, конечно, прекрасно, но горный воздух Сербано и доза приключений, вероятно, полезнее для твоего здоровья.
Я ничего не ответил на его инсинуации и просто пошел быстрее. Виррано точно не упустит шанс вкатить мне неуд за неявку.
Мы не опоздали. Но сам экзамен… Короче, напоследок мы так поцапались с наставником, что только перья летели.
– Неуд, ваше сиятельство!! – предельно ехидно и ласково пропел наставник. – Жирнющий неуд и даже с двумя минусами. Я не пожалею казенных чернил, чтобы их тщательнейшим образом прописать в ведомости. А теперь проваливайте отсюда и не попадайтесь мне на глаза!
– Ну уж нет! – взъярился я.
Всякому терпению приходит конец и моему тоже. Видят боги, я старался. Я старался на занятиях и старался вести себя предельно корректно, даже когда измывательства Виррано подходили к грани, за которой только дуэль. Но здесь я был абсолютно уверен в своем диагнозе, благо успел перепроверить себя с помощью целительской экспресс диагностики по методу Финь Ю, и собирался бороться до конца.
– Не скажет ли мне, недостойному, светило лекарского дела, какой диагноз с его точки зрения правильный?!
– Не скажет. Светило не имеет ни малейшего желания общаться с недоучками.
– То есть слава означенного светила – дутая. Оно не способно ни работать, ни учить.
– Откуда же такие выводы, господин неуч?! – окончательно вышел из себя наставник.
– Помощник целителя, господин лекарь! – в свою очередь взревел я. – И прошу не забывать, с кем разговариваете! Может мне жетон показать?! Или мнение обо мне уважаемой наставницы, Греллианы, для вас пустой звук?! Может нам для разрешения спора вызвать целителя – куратора этой больницы?!
Виррано побледнел, но ничуть не испугался.
– Ты затронул мою профессиональную честь. Хочешь сказать, что ставил диагноз, используя целительские методики?
– Нет. Я использовал ваши(!) методы, а целительскими, не буду врать, просто перепроверил себя. Пусть это считается жульничеством с моей стороны, но в своем диагнозе я уверен.
Пациенты и одногруппники с одинаковым испугом смотрели на нашу битву и, чувствую, с удовольствием убежали бы из палаты куда подальше, но одним надо сдавать экзамен, а другим – лечиться. Выхода не было. Будто замуровали.
– Еще раз. Каков диагноз? – колюче глядя на меня в упор, спросил наставник.
– На всякий случай напоминаю ваше же условие – указать только одно, основное, заболевание, игнорируя сопутствующие и менее значимые. Так вот. У больного артрит шейных позвонков. Отсюда боли в груди и отток энергии. Да, есть еще и спазм коронарных сосудов, но только как следствие. Поэтому я о нем и не упомянул.
– А что первым следует лечить? Что?!
– А вопрос не стоял, что первым! Вопрос был, какое основное?!
Виррано с шумом втянул воздух сквозь сжатые зубы, выхватил из кармана мантии ведомость и, чуть не прорывая бумагу насквозь, вписал "удовл."
– Свободен! Я свободен, наконец-то, и больше, надеюсь, никогда не увижу ваше сиятельство на расстоянии меньше ста метров от себя! – "по-доброму" напутствовал меня наставник и отвернулся к следующим жертвам.
Я тоже счел себя свободным и, не задерживаясь, вышел в коридор. Там ко мне подошел неприметный человек и негромко сказал:
