– А то, чем ты занимаешься, это, значит, не плохо. Это, выходит, хорошо. Проводить время черт знает где, черт знает с кем, приходить домой пьяной, да еще приводить с собой мужиков для траханья.
Она сильно ударила его по лицу. Получилось очень громко и, главное, больно. Он закутался в одеяло и отодвинулся к противоположному краю постели. Щека ныла, на глаза навернулись слезы.
Некоторое время она сидела молча, вяло и бессмысленно глядя перед собой. Потом снова принялась плакать. Плакала она сейчас открыто, бесстыдно. Ее лицо покраснело. По щекам струились слезы. В уголках рта повисла слюна, но она не давала себе труда ее вытереть.
– Я не хочу, чтобы ты совершал ошибки, которые совершила я, – выдавила она из себя в промежутке между всхлипываниями.
Лицо у него все горело.
– Если это ошибки и ты это сознаешь, то почему же продолжаешь их совершать?
– Не знаю. Мне бы хотелось тебе ответить, но не могу. Очень хотелось бы найти быстрый ответ. Но его нет. Я пью. Я курю. И ничего не могу с собой поделать. Легче всего сказать, что это болезнь, своего рода наркомания. Но это не так. Это что-то другое. Я не хочу быть такой, Дион. Но ничего не могу поделать.
Он пристально смотрел на нее. В ее поведении была какая-то суетливость. Нет, дело не только в том, что она пьяна. Она такая потому, что видела газету.
Он снова вспомнил об убитом.
И вдруг понял, что его мама имеет к этому самое непосредственное отношение.
После того как Дион высадил Пенелопу у дома, она двинулась сразу на кухню, чтобы попить. Проходя мимо гостиной, она слышала голоса матерей, но встречаться с ними сейчас хотелось меньше всего. Стараясь не шуметь, она попыталась проскользнуть к себе наверх и быстренько лечь в постель, но ее окликнула мать Марго. Пенелопа послушно вошла в гостиную.
Мать Марго стояла рядом с камином.
– Привет, Пенелопа. Как прошло свидание?
Он пожала плечами.
– Прекрасно.
Рядом с матерью Шейлой на диване сидела незнакомая высокая блондинка. На ней были короткая джинсовая юбка и узкая блузка, подчеркивающая полноту крупных грудей. Женщина ей улыбнулась.
– Куда вы ходили?
– Мы просто поужинали вместе, – ответила Пенелопа, глядя в сторону.
– Хорошо провели время?
– Да, мэм.
Мать Марго улыбнулась.
– Ну что ж, чудесно. – Она посмотрела на часы. – Мы тут еще немного поговорим, но после того, как наша гостья уйдет, вернемся к обсуждению твоего вечера.
– Я устала. Сейчас уже поздно…
– Еще не поздно. Иди прими ванну и возвращайся сюда.
– Я не…
– Пенелопа. – По тону матери Марго было видно, что никакие аргументы не подействуют.
– Хорошо, мама. Я приду.
Пенелопа поднялась наверх. Она вынула из шкафа пижаму и взяла со стола журнал «Люди», который специально стащила из комнаты матери Фелиции, чтобы читать в ванной.
Через полчаса она спустилась вниз, в гостиную. Блондинка ушла, но все пять матерей в полном составе сидели на диване полукругом, лицом к ней. Сидели молча, без улыбок. Видимо, все это время они ждали только ее прихода. Мать Марго по-прежнему была одета в свой рабочий костюм, в котором она обычно принимала возможных клиентов. «Специально не переоделась, – подумала Пенелопа. – Чтобы еще сильнее подчеркнуть свою власть надо мной».
Она молча села в кресло.
– Мы собираемся поговорить с тобой о сексе, – объявила мать Марго.
Пенелопа, не моргая, смотрела в одну точку.
– Мы никогда это прежде не обсуждали, – продолжила мать Марго, – хотя, может быть, нам следовало это сделать уже давно.
Нервно теребя край пижамы, Пенелопа разглядывала свои тапочки. Щеки ее горели.
– Я уже знаю достаточно об этом, – проговорила она.
– Да, но я не думаю, что эти знания так уж исчерпывающи. Особенно, что касается предохранения от беременности.
– Я уже все знаю. – Ей хотелось только одного: чтобы эта пытка прекратилась.
– И тебе известно все о противозачаточных таблетках? О внутривагинальных приспособлениях? О том, что это такое? А предохранительные колпачки? Кондомы?
– Да, – ответила она, чувствуя себя совершенно несчастной.
– Хм, и откуда же ты это все узнала?
– Не знаю.
– В школе?
– Ага, наверное, только… я не знаю. Читала. Слышала, что говорят люди.
– А с Дионом ты эти вопросы обсуждала? Говорила с ним о предохранении от беременности?
– Мама!
– Ты, как и Дион, уже в выпускном классе. Вы оба заканчиваете школу. Я полагаю, у вас есть естественные желания, которые имеют все, абсолютно все мальчики и девочки в вашем возрасте. Стало быть, вы вскоре будете заниматься сексом. Я и все твои матери, мы просто хотим знать, обсуждала ли ты с ним это.
Пенелопа, ничего не ответив, смущенно отвернулась.
– Ты уже с ним целовалась?
– Это не ваше дело.
– Это наше дело. Ты думала о том, чтобы заняться с ним любовью?
– Послушайте, – сказала Пенелопа, – почему вы решили, что у нас с ним должно зайти так далеко? Это совсем не обязательно.
– Если зайдет, – сказала мать Марго, – мы хотим, чтобы ты не применяла ничего для предохранения от беременности.
