Госпожа адмирал полностью

Как говорится, заслужила. Построить экипаж «искателя сокровищ» – дело непростое, но Лиза с этим, как ни странно, справилась.

«Ишь, как вымуштровала! Любо-дорого посмотреть! Ну, или послушать!»

– Без чинов! – добавила вслух, ощутив проход крепкого алкоголя через пищевод.

– Как скажешь! – собеседница явно восприняла ее слова как команду вольно, то есть «стала свободно, ослабила в колене правую или левую ногу, но с места не сошла и не снизила внимания». – Что-то случилось?

– То есть ты считаешь, что без повода я тебе не позвоню? – едва ли не обиделась Лиза.

– Только не говори, что соскучилась! – отшутилась пилот Аллен, намекая на имевшие место быть отношения. Когда-то в прошлом, еще до экспедиции в Лемурию, но тем не менее.

– Вообще-то соскучилась, – Лиза сделала еще глоток, но на этот раз задержала виски между языком и нёбом. Получилось неплохо, но разговаривать с полным ртом трудно, поэтому пришлось проглотить.

– А как же Рощин? – между тем поинтересовалась Нина. – Вы ведь вроде собирались того…

– Уже собрались, – хмыкнула Лиза. – Но об этом я могу рассказать тебе и при личной встрече.

– Мне Дейв запретил ехать в Техас, – с неприкрытым сожалением сообщила пилот легких машин, решившая, по-видимому, что Лиза приглашает ее к себе на службу. Об этой истории, то есть о предложении правительства Республики Техас, давно и много писали в газетах и говорили по радио. Так что новости и до Филадельфии наверняка докатилось.

Я в Филадельфии, – сказала тогда Лиза, которой надоело интриговать. Сказала, глотнула виски и пыхнула папиросой, тем более что на другом конце провода повисло потрясенное молчание.

«Ей-богу, девка от счастья онемела!»

– Ты ведь не шутишь? – наконец, спросила Нина.

– Отель «Моррис», – продолжила свою мысль Лиза, – угол Юг 7-я стрит и Ломбард-стрит.

– Никуда не уходи! – радостно завопила тогда Нина Аллен. – У меня локомобиль, через полчаса буду! Через сорок минут, – уточнила через мгновение. – Сорок минут, и я у тебя!

– Не торопись, Нина, – остановила ее Лиза. – Мы никуда не спешим.

– Мы? – переспросила миссис Аллен.

– Мы едем в Техас вместе с Машей.

– В смысле с Марией? – продолжала недоумевать Нина.

– В смысле да, – усмехнулась в ответ Лиза. – В смысле с моим адъютантом Марией Бесс.

– А, ну ладно тогда! – объяснение Лизы, по всей очевидности, озадачило Нину еще больше. – Выходит, она тоже офицер? – все-таки спросила вдогон.

– Выходит, что так, – подтвердила Лиза, на том и расстались.

Нина приехала через час. «Трафик», объяснила опоздание и тут же – вероятно, от полноты чувств – полезла к Лизе целоваться. Впрочем, при ее росте исполнить задуманное оказалось совсем непросто. Нина, видно, на радостях забыла, как это бывает с Лизой. Но та, вспомнив старое, подхватила маленькую женщину на руки, подняла, благо и веса в Нине всего ничего, и поцеловала в губы.

«Чай, не чужие!»

Однако вот какое дело: поцеловать подругу нетрудно, сложно потом контролировать свои поступки. Поцелуй не прошел даром. Лиза успела забыть, как это бывало с Ниной, но организм, оказывается, помнил. Ее обдало жаром, прокатившимся сладкой волной от губ и до губ, как говорила обычно Надина Клава. И это было, разумеется, совершенно лишним. Те отношения давно ушли в прошлое, и реанимировать их не имело смысла. Да и не хотелось, на самом деле.

Нину, по-видимому, тоже повело не по-детски, но и она, по здравом размышлении, решила не ворошить былое. Это все было хорошо в Амстердаме той давней дождливой осенью, а в Филадельфии накануне войны и в присутствии Марии казалось неуместным и даже избыточным. Однако кто сказал, что, если не спишь с женщиной, то и дружить с ней заказано?

– Ну что, готовы, дамы, к экскурсии по городу и к загулу на всю голову? – спросила Нина, «раздышавшись» после поцелуя.

– То есть загул предусмотрен как часть программы? – с интересом глянула на нее Мария.

– Ну, чтобы авиаторы и без загула? – добродушно ухмыльнулась Лиза, уже предвкушавшая «пьянку и скромный разврат». Фраза осталась ей на память от незабвенного лейтенанта Чиркова, который, помнится, собирался ползать по Лизе, «как дите по мамке, и умиляться – все мое!». Ни любви, ни разврата – даже самого скромного – у них, впрочем, не получилось. Но приятельские отношения сохранились. В прошлую войну, когда контр-адмирал Чирков командовал уже штурмовой дивизией, а Лиза как раз приняла «Архангельск», едва не догнав его по званию, они пересекались пару раз на Восточном фронте. Вот в одну из таких встреч под чай по-адмиральски[11] – Чирков и пообещал Лизе «пьянку и скромный разврат» в ознаменование победы. Имелось в виду после победы над супостатом и окончания военных действий.

– Тогда пошли! – усмехнулась довольная Лизиным отношением к делу пилот легких машин Аллен.