Или чашка разбилась действительно случайно?
Ее содержимое разлилось по полу, и прямо сейчас уборщица все соберет…
Хотя я и без того едва ли могла бы заявить в полицию о попытке отравления. Потребовать экспертизы разлитой по полу лужи? На каком основании? Потому что мне что-то примерещилось?
Иногда быть мужчиной все же ужасающе неудобно. Мужчины не бывают Видящими, а назваться некромантом я не могу – любой маг на глаз определит, что дара у меня нет.
– Позвольте, я помогу! – не раздумывая больше, я сделала два быстрых шага, упала на колени и подхватила ближайший черепок.
– Зачем же вы, ниссард! – уборщица округлила глаза, кругом заохали. Я напоказ сгребла еще несколько осколков и передала их ей, сжав самый крупный в ладони, а затем и сунув его в жилетный карман. Надеюсь, этого будет достаточно для магической экспертизы.
– Не стоит себя утруждать, дорогой ниссард Вилкинс! – доктор Дикард смотрел на меня участливо, как на полоумную. – Ниссин Лимми все приберет.
– Да, – я постаралась подняться с независимым видом и отряхнула колени. – Разумеется. Я лишь хотел немного помочь.
Именно в этот момент в дверях появился начальник полицейского управления Доревилля собственной персоной. Кажется, парочка санитаров по обе стороны от него пытались его задержать – или убедить в чем-то. Пожалуй, это могло бы выглядеть даже забавно – как будто Рэмвилла, словно помешанного, привели в клинику. Вот только его вид ничуть не располагал к веселью. Как и ошеломленное выражение лиц самих санитаров. А еще – маячащие за их спинами полицейские. Как-то их как будто слишком много…
Как бы там ни было, Рэмвиллу я впервые за все время нашего знакомства искренне обрадовалась. Признаться откровенно, я не была уверена, что извозчик передаст все в точности, что Рэмвилл поймет и главное – поверит. И уж тем более – что примчится, ведь он не слишком-то доверял мне с самого начала. И тем не менее – вот он. И даже не один. Хотя зачем он взял с собой столько подчиненных, совершенно все же непонятно.
Во всяком случае, хорошо, что он уже здесь. Уж как-нибудь, надеюсь, я смогу его убедить, что попытка отравить меня – не моя фантазия. Возможно, удостоверившись в моих способностях как сыщика, он начнет чуть больше мне доверять?
Только почему-то при виде меня он слегка нахмурился и хмыкнул – так, будто не ожидал застать меня здесь. И недовольно поджал губы.
– И вы тут, – бросил он. – Впрочем, этого следовало ожидать. Надеюсь, теперь вы будете довольны.
– Что? – непонимающе переспросила я. – Я… вы получили мое…
– Вас мы тоже непременно допросим, – перебил Рэмвилл, не став дослушивать. – Прошу вас оставаться на месте. Дамы могут быть свободны. Доктор Дикард, а с вами мне необходимо побеседовать немедленно.
– Что… что вы себе позволяете?! – возмутился наконец Дикард. Подбородок у него дрожал.
Впрочем, понять его вполне можно было. Дамы, сбившиеся в кучку, уже многозначительно переглядывались между собой. И тон Рэмвилла… звучало так, как будто он подозревает Дикарда в чем-то действительно ужасном. Да и меня тоже, пожалуй.
А ведь глава дома скорби так заботится о репутации своего заведения! Особенно в глазах тех, кто делает заведению пожертвования.
Неужели все это из-за того, что именно мы нашли пропавшие драгоценности? Но ведь полиция не знает еще подробностей! К чему же тогда этот тон и тяжелый обвиняющий взгляд?
– Ниссард Рэмвилл, – решительно объявила вдруг Дельфина Факстон, – полагаю, вам все же стоит объяснить, что здесь происходит! Мы как представительницы Доревилльского дамского общества…
– Вы как представительницы общества можете быть свободны! – невежливо гаркнул детектив, заставив дам дружно вздрогнуть. И тоном ниже добавил, – расследуется убийство.
Я хватанула ртом воздух, едва удержавшись от вскрика – простительный девушке, он привлек бы слишком много внимания к юноше.
Какое еще убийство?! Так полиция здесь не из-за моего послания?! Выходит, Рэмвилл разминулся с кэбменом? Но кто…
А вот дамы от выражения своих эмоций удерживаться не стали. Кто-то громко ахнул. Послышался шорох и сдавленный стон. Я оглянулась. Стонал доктор – прямиком на руки ему осела одна из дам. Впрочем, надо сказать, ему повезло – ниссин Пимкин отличалась невысоким ростом и довольно хрупким телосложением.
А вот рядом со мной стояла монументальная ниссин Факстон – и как раз окидывала меня оценивающим взглядом. Сглотнув, я тут же поспешно отступила подальше. Если она рухнет в обморок на меня, одним трупом на свете точно станет больше, и тут даже расследовать ничего не придется. Хотя меня это уже не утешит.
Застывшие соляными столбами санитары наконец пришли в движение, чтобы избавить свое начальство от непосильной ноши – и перенести лишившуюся чувств даму на оттоманку у стены.
– Какое… – освободившийся доктор вздохнул с облегчением – но лишь на мгновение. Его лицо побагровело, а на лысине традиционно выступили капельки пота. Только вытереть их сейчас он и не пытался. – Какое еще убийство?! Что вы несете? Какое это может иметь отношение…