– Помочь не глядя? – понятливо отозвался полицейский, и где-то рядом со мной захихикали.
– Да!
Вытянув руку из-за спины, я украдкой показала кулак хихикающему углу экипажа. Мог бы и проявиться! Пусть даже мой спутник Рэндафа все равно не увидит, мне все-таки будет не настолько неуютно. Впрочем, и сама мысль о том, что мы все же не совсем наедине, оказалась спасительной. Неловкость и смущение никуда не делись, но дышать стало чуточку легче.
Чужие пальцы пробежались по моей спине, застегивая крючки – как-то уж слишком быстро и умело. Впрочем, делал ли Рэмвилл это, отводя взгляд, я решила не уточнять.
На всякий случай по-прежнему не поворачиваясь к нему, я торопливо нырнула в платье.
– Думаю, это вам тоже придется застегнуть, – самым безразличным тоном сообщила в пространство.
– Разумеется!
Только натянув верхний жакет и аккуратно расправив на нем складочки, я глубоко вдохнула и наконец повернула голову к Рэмвиллу – чтобы сразу встретиться с ним взглядом.
– Теперь можете смотреть! – объявила, тем не менее, торжественно, и мужчина с серьезным видом кивнул.
Как выяснилось, вовремя. Экипаж снова дернулся и остановился.
Я выглянула в окно. Пансионат ниссин Крилен оказался ничем не примечательным двухэтажным зданием со скромным палисадником. А от крыльца к нам уже семенили закутанная в вуаль дама и ее немолодая спутница в скромном сером платье компаньонки.
Возничий распахнул дверцу, и обе женщины забрались в экипаж.
Вот теперь в этой коробчонке стало действительно тесно – юбки заняли практически все пространство, какового и без того было немного.
Незнакомка дернула шляпку, одновременно разматывая вуаль, что-то прошипела сквозь зубы неожиданно низким голосом. А потом наконец сняла свой головной убор вместе с волосами – и отбросила мне на колени.
– Ума не приложу, как вы, дамы, не путаетесь в своих юбках, – доверительно сообщила она все тем же низким голосом и подмигнула мне.
Кажется, я этого юношу даже видела в полицейском участке… точно – стажер, который, кажется, вечность назад провожал меня в архив в подвале! Наверное, не так-то просто было найти среди полицейских того, кто хоть как-то может сойти за даму. Он должен был быть худощавым, невысокого роста… в общем, как раз таким, как этот мальчишка.
Пока стажер торопливо стягивал через голову платье, под которым оказались уже надеты бриджи и мужская сорочка, я попыталась нахлобучить на себя шляпку – и едва удержалась, чтобы не чертыхнуться при Нэн. Нянюшка и так смотрела на все происходящее ну очень неодобрительно.
Про парик забыла! И тот, что подколот к шляпке… и свой собственный. Вытащить шпильки и осторожно стянуть парик мне помогла Нэн. Мои собственные волосы под ним были сегодня гладко зачесаны и стянуты в плоский узел – не самая модная прическа, но мне и не надо поражать местное общество.
Ах да, и булавки! Впрочем, отдавать их стажеру не пришлось – у него оказались свои отводящие глаза артефакты, и помощнее моих. Ведь ему пришлось изображать девушку! И важно было, чтобы его внешность никто вообще не запомнил, обратив внимание разве что на цвет платья и форму шляпки. Одной вуалью тут никак не обойдешься.
Последними молодой человек, посматривая в небольшое ручное зеркальце, наклеил мои усы.
Я придирчиво осмотрела его. Не могу сказать, что получился идеальный Патрик Вилкинс… но я хорошо запомнила из историй детектива Оттона Вилкинса, что люди чаще всего замечают и запоминают только самые яркие или странные детали. Например, кричащий шейный платок, цилиндр… нелепые усы. А если к этому добавить отводящие глаза артефакты, всякий, кто увидит теперь юношу мельком, будет совершенно уверен, что видел господина частного сыщика.
Времени едва хватило – экипаж остановился у полицейского участка.
…Из экипажа я на сей раз выходила, как королева – опираясь на поданные с двух сторон руки кавалеров. Надо сказать, это оказалось нелишним. Во-первых, от бесчисленных юбок я слегка отвыкла и теперь была совершенно согласна с юным стажером относительно их удобства – или, точнее, неудобства. А во-вторых, плотная вуаль изрядно мешала смотреть хотя бы под ноги.
Мне все больше кажется, что женская одежда создается специально для того, чтобы дамы были как можно более беспомощны.
Для любого, кто мог наблюдать нашу поездку со стороны в какой угодно ее точке, все выглядело совершенно естественно. У доходного дома Оллинзов в экипаж сели глава полицейского управления Клод Рэмвилл и его сосед Патрик Вилкинс. У пансионата ниссин Крилен к ним присоединилась закутанная в вуаль девушка в сопровождении компаньонки. Очевидно, частного сыщика Рэмвилл просто любезно согласился подвезти – во всяком случае, юноша помог выбраться даме, после чего раскланялся со спутниками и ушел. А полицейский вместе с обеими женщинами направился к участку. Все совершенно благопристойно и никоим образом не компрометирует ничье доброе имя…