Я понимала, что не смогу вернуться. Что та авария наверняка уничтожила мое прежнее тело, но и забывать, кто я, не собиралась. Это все делало меня мной. Становиться горничной Анной в богом забытом месте в мои планы не входило.
Не знаю пока как, но я найду выход из всей этой ситуации.
И первым делом нужно было бы наведаться к той ведьме, что помогла Марте с ритуалом. Об этом своем желании я и высказалась…
– Альберта в леса ушла, теперь только к зиме вернется, – ответ женщины прозвучал неутешительно.
Я сникла, потому как возлагала большие надежды на ведьму. Марта каждый раз пыталась как-то замять мои вопросы. Похоже, ей было проще делать вид, что все в порядке. Жизнь простой горничной ее устраивала.
В отличии от меня.
Едва стало понятно, что я вполне сносно передвигаюсь по дому самостоятельно, Марта вернулась к работе, она уходила рано утром, до поместья было час пешего хода, а возвращалась уже поздно вечером, а то и по нескольку дней оставалась в поместье.
А я проводила дни в одиночестве. Ни книг, ни телевизора, ни тем более компьютера здесь не было. От скуки хотелось лезть на стену! Марта предлагала мне вышивать или вязать, но я отродясь не занималась ни тем, ни другим, а моя деятельная натура требовала чего-то более активного.
Я стала выходить на прогулки… Домик Марты стоял на краю деревеньки. Ну, вернее, как прогулки… Я садилась в большое плетеное кресло, которое вытащила из дома специально для этих целей. Куталась в плед и смотрела на улицу.
Несколько раз заходили соседи и знакомые Марты. Интересовались моим здоровьем… По договоренности с Мартой мы всем рассказали, что с моя память помутнилась из-за тяжелой болезни и мне сложно узнавать тех, с кем я, вернее Анна, уже была знакома. И ни у кого это не вызывало вопросов. Словно так оно и работает.
Я была неизменно вежливой. Люди ведь не виноваты в том, в какой ситуации я оказалась…
Все они были доброжелательными, простыми. А проведя два дня в изоляции и без Марты, разговоры об огородах или работе в поле, стирке белья на реке и проблемах с лисами в курятниках стали моим главными развлечениями.
Иногда хотелось выть. Иногда плакать. Иногда истерично смеяться.
И вот тогда, когда моя кукушечка уже распевала трели на свистящей от скорости полета крыше, Марта сообщила мне приятнейшую новость:
– Если ты готова, то завтра можешь отправиться со мной в поместье. Я уже поговорила со старшей горничной, она представит тебя лорду Локвуду. Пройдешь собеседование и сможешь приступить к работе!
– А что будет на этом собеседовании? – я даже немного растерялась. А что если меня спросят чем чистить столовое серебро или что-то в этом духе?
– О, не волнуйся, ничего особенно. Он просто побеседует с тобой. Он всегда знакомится с новой прислугой. Всех по именам знает. Это редкость для господ!
Кажется, Марта была очень хорошего мнения об этом лорде. Хотя в ее разговорах очень уж ощущался акцент на разницу в положении.
Для нее это было нормой… А я, выросшая в условно среднем классе, в среднестатистической семье, не была к такому привычна.
Хотя о чем это я! Я вообще не была привычна ни к чему в этом мире!
Марта помогла мне собрать кое-какие вещи, по большей части ужасно огромные панталоны, шерстяные чулки с подвязками и другое исподнее. Форменные платья все равно выдадут в поместье.
– Их даже подшивают в размер, – с гордостью рассказывала Марта. – А тебе наверное вовсе новые достанутся. Ты самая тоненькая будешь, проще новое сшить, чем перешивать в размер, чтобы еще и прилично выглядело!
Эта новость должна была несказанно меня обрадовать, судя по восторгу в словах самой женщины. Я улыбнулась ей в ответ, чтобы не разочаровывать.
– Не переживай, все будет хорошо, вот увидишь! – утешала она меня, замечая, порой, мои сомнения и растерянность.
Утром мы отправились в поместье… Я едва не дрожа ждала встречи с этим таинственным лордом Локвудом. Накануне вечером Марта трещала о нем без умолку. То о званых вечерах, которые он устраивал, сравнимых с королевскими, то о совсем простом характере аристократа. Простым в сравнении с другими аристократами, у которых Марте доводилось работать.
– Однажды леди Гариет приказала ей выщипать пинцетиком каждый волосок на руке! Еще и так, чтобы она ничего не почуяла! – это была одна из тех чудесных историй о ее прошлых работах. Да, сравнить было с чем.
Я надеялась, что лорд Локвуд не станет просить горничную выщипывать ему волосы на руках…
Что говорить… На подходе к поместью я была слегка на взводе.
И уж точно не ожидала увидеть публичную казнь перед главным входом…
– Ох, что же это! – Едва стало видно происходящее, Марта ускорила шаг. Я ее рвений не разделяла, да и вообще с удовольствием развернулась бы в обратный путь.
Но разве меня спрашивали?
Дорога, усыпанная красноватым гравием, вела прямиком в парадному входу в поместье и упиралась в небольшую площадь. Имелся здесь и фонтан, едва журчащий водой, с какой-то статуей. Но внимание привлекал, конечно, не он.