Я слегка удивилась, но кивнула. Он протянул мне руку, и, поколебавшись мгновение, я приняла ее. Мы отошли от шумной толпы, оставив детей под присмотром Нарциссы и других взрослых.
Рейнард повел меня вглубь сада. Тропинка, по которой мы шли, была окружена кустами, уже усыпанными мелкими цветами. Солнце играло сквозь листья, создавая причудливые узоры света и тени. Воздух наполняли ароматы весны – свежий, сладковатый, с легкой ноткой влажной земли.
Мы шли молча. Его рука, теплая и уверенная, крепко держала мою. Наконец, тропинка вывела нас к небольшой беседке, спрятанной среди деревьев. Она была украшена живыми цветами, а на ее деревянных перилах играли солнечные блики. Здесь было тихо, только шелестели листья и пели птицы. Голоса гостей звучали едва слышно.
– Это место… – начал он, но замолчал, словно подбирая слова. Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидела что-то новое. Глубину. Решимость. И, возможно, легкую тревогу.
– Рейнард? – тихо спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. То ощущение странного ожидания, что я порой замечала в себе, сейчас натянулось внутрь звенящей тетивой.
Он сделал шаг ближе, глядя мне мне в глаза. Решительно, горячо, так, словно не мог бы отвернуться, даже начнись сейчас посреди сада настоящая буря.
– Анна, – снова начал он. – Я уже какое-то время думаю… думаю о нас.
Я замерла, не в силах и сама отвести взгляд. В этот момент весь мир словно исчез. Остались только мы двое и легкий ветерок, играющий с моими волосами.
Рейнард сделал еще один шаг ближе, и теперь нас почти ничего не разделяло. Он бы мог коснуться меня, даже не вытягивая руку. Я буквально кожей ощущала его тревогу. Воздух вокруг, и тот, казалось, раскалился от напряжения.
Тяжелый взгляд лорда Локвуда пригвоздил меня к месту. Я чувствовала себя так, словно стояла на краю пропасти, и один неверный шаг мог изменить все, раз и навсегда.
– Думаешь о нас? – повторила я, стараясь придать голосу легкость, но он все равно дрогнул. Мое сердце уже билось как бешеное, но я все еще не могла отпустить себя, не могла поверить, что он действительно говорит это.
Мы не затрагивали тему наших отношений с того разговора в столовой. Ранение Рея немного сбило наши планы на верховые прогулки, что уж говорить о чем-то еще? Его рука до сих пор лежала в перевязи, хотя рана уже и затянулась.
– Да, – выдохнул он. – О нас. О тебе. Ты… изменила все, Анна. С того момента, как вошла в этот дом, в мою жизнь.
Он сделал паузу, словно пытаясь выбрать подходящие слова, будто обычных было недостаточно.
– Я думал, что знаю, как все должно быть, – продолжил он. – Думал, что моя жизнь уже определена, что мне просто нужно следовать тому, что от меня ждут. Тому, как положено… Среди моих знакомых брак по договору – обычное дело.
Я сглотнула, чувствуя, как горячая волна поднимается к моим щекам. Мне стало тяжело дышать, ноги сделались ватными. Брак? К чему это…
– Анна, – он взял меня за руку, его пальцы крепко сжали мои, словно пытались удержать меня в этом моменте, здесь, рядом с ним. – Я никогда не был хорош в словах, и ты это знаешь. Но, черт возьми, я не могу больше молчать. Ты – больше, чем просто часть этого дома. Больше, чем просто моя сиделка или спасительница Люсиль. Ты… ты стала моей жизнью.
Я почувствовала, как слезы предательски наворачиваются на глаза. Я отчаянно боялась к чему может привести этот разговор. И так же отчаянно хотела это узнать.
– Рейнард… – прошептала я, но он не дал мне договорить.
– Подожди, – сказал он, и его голос дрогнул, но не от страха, а от волнения. – Я должен сделать все правильно.
Он отпустил меня и, к моему изумлению, опустился на одно колено прямо на холодные каменные плиты беседки. Его пальцы скользнули в карман, откуда он достал небольшой бархатный футляр. Моя голова закружилась от осознания того, что сейчас происходит.
Воздух! Мне отчаянно не хватало воздуха! Может все это – в моем воображении?!
– Анна, – начал он снова, глядя на меня снизу вверх, но в его глазах теперь не было ни капли сомнения или тревоги. Он смотрел прямо, уверенно и решительно. – Я знаю, что жизнь не всегда была к тебе справедлива. Знаю, что ты прошла через многое. Но ты осталась сильной. Ты осталась доброй. Ты – лучшее, что случалось со мной за всю мою жизнь. И я хочу, чтобы ты осталась в моей жизни навсегда.
Он открыл футляр, и на свету заиграло кольцо – изящное, с тонким ободком из белого золота и небольшим, но ярким камнем.
– Ты стала моим светом, моей поддержкой, моей любовью… Стань теперь и моей женой? Ты выйдешь за меня?
Мир вокруг словно замер. Только пение птиц и шелест листвы напоминали, что время все еще движется. Я смотрела на него, не в силах сдержать слезы, которые теперь текли по моим щекам. Это был тот момент, о котором я даже не осмеливалась мечтать.
– Рейнард… – прошептала я снова, но на этот раз в моих словах была улыбка, такая неудержимая и счастливая, что я почти не узнала свой голос. – Да. Конечно, да.