По улицам, как всегда, двигался нескончаемый поток разнообразных экипажей – от карет до самых примитивных повозок. Пешеходов было даже больше, чем обычно, – их ряды пополнились желающими посетить Всемирную выставку.
Рия с любопытством смотрела по сторонам.
– Поразительное столпотворение, – сказала она. – Что за город! Он напоминает гудящий улей.
– Должно быть, по части шума и суеты австралийское ранчо не идет ни в какое сравнение с Лондоном, – заметил Джеффри.
Она кивнула:
– Да, конечно. Наверное, то же самое можно сказать о вашем бывшем приходе.
Джеффри необыкновенно тронуло, что она вспомнила о его недавнем прошлом.
– Да, верно, – согласился он. – Не знаю, смогу ли когда-нибудь по-настоящему освоиться здесь.
– Я вас понимаю, – со вздохом отозвалась Рия.
При всех различиях, в одном они были похожи – им обоим пришлось приспосабливаться к совершенно новым жизненным обстоятельствам.
– Очевидно, с тех пор как вы в последний раз были в Лондоне, многое изменилось.
– Да, очень многое. – Она усмехнулась и лукаво прищурилась. – По-моему, к вам это тоже относится. Признаться, вы вовсе не такой, как я думала.
Ничего удивительного. В конце концов, он тоже представлял Рию совсем другой. Тем не менее ее слова слегка уязвили его.
– Судя по всему, Эдвард отзывался обо мне не особенно лестно, – заметил барон.
– Эдди не рассказывал о вас ничего дурного, – возразила она. – Он просто говорил, что у вас троих очень разные характеры. Он считал себя слишком беззаботным и легкомысленным, Уильяма – слишком упрямым и самоуверенным, а вас – слишком серьезным и нетерпимым к ним обоим.
– Пожалуй, так и было, – кивнул Джеффри.
И все-таки он мог бы посоветоваться со мной, прежде чем покидать Англию.
– Наверное, Эдвард опасался, что вы станете отговаривать его.
– Разумеется. Он знал, что я напомню ему о чести и долге и потребую поступить правильно.
– Но разве остаться в Англии было бы правильно? Ведь это значило бы отказаться от любимой женщины. И он не хотел обрекать ее на несчастливый брак.
– Почему вы говорите о себе в третьем лице? – поинтересовался Джеффри.
– Я… – Лиззи замялась. – Я всего лишь стараюсь рассуждать логически.
Слово «логика» менее всего подходило для описания поступков Эдварда и Рии, но Джеффри счел за лучшее умолчать об этом. Упреки и язвительные замечания сейчас пришлись бы не ко времени.
Экипаж остановился – какой-то человек перегонял через дорогу домашний скот. Джеффри попытался представить Эдварда в роли погонщика. Неужели такое могло быть?
– Рия, вы сказали, что Эдвард пользовался особым доверием хозяина фермы. В чем именно заключались его обязанности? Он правда получал удовольствие от своей работы?
И тут словно прорвало плотину – Рия заговорила о том, как они с Эдвардом жили в Австралии. Ее рассказ был необыкновенно искренним, красочным и эмоциональным. Джеффри невольно залюбовался ею, когда она с воодушевлением описывала ферму, горячую пору летней стрижки овец и ответственную роль Эдварда, перевозившего шерсть, деньги и припасы через Голубые горы. Во-первых, ему не было равных в искусстве верховой езды (отличительная черта всех Сомервиллов), а во-вторых, в нем обнаружились незаурядные лидерские качества.
– Признаться, я не узнаю Эдварда в портрете, который вы нарисовали, – сказал Джеффри.
– Ничего удивительного. В Англии он не мог проявить свои способности. Здесь он был всего-навсего вторым сыном, а в Австралии как будто распрямился и стал самим собой. – Она улыбнулась сквозь слезы. – Вы бы гордились им…
Он порывисто взял ее за руки.
– Если бы я увидел его таким и если бы… – Джеффри умолк, не в силах выразить словами боль утраты и горькие сожаления о том, что ему не довелось разделить с братом лучшие годы его жизни.
Рия крепко сжала его руки.
– Ему этого очень хотелось.
– А вы тоже были счастливы в Австралии? И поэтому так долго оставались там после его смерти?
Рия отвела взгляд и немного помедлила с ответом.
– У меня был Эдвард… и наши близкие друзья. А когда он умер… – Она поднесла к глазам носовой платок. – Сначала я не могла себе представить, что уеду от него, от его могилы. Я хотела быть рядом с ним.
– Но потом что-то подтолкнуло вас к отъезду?
– Просто я… – Она виновато потупилась. – Я поняла, что должна вернуться в Англию. Вы осуждаете меня?
– Напротив, я благодарю вас, – ответил Джеффри. – Я понимаю, как тяжело вам было решиться на такой шаг.
– Мне пришлось снова ехать через эти проклятые горы! – с чувством произнесла она. – Проводник нашего каравана знал, где напали на Эдварда, но я специально попросила не показывать мне это ужасное место.
Рия снова поднесла платок к глазам, и Джеффри захотелось отвлечь ее от горестных воспоминаний.
– Попробуем сегодня не думать о смерти Эдварда, – предложил он. – Будем радоваться тому, что он жил и был счастлив.
– Да, конечно, вы правы, – согласилась Рия.
С минуту оба молчали, потом Джеффри указал на Букингемский дворец:
– Смотрите, королевский штандарт. Его поднимают, когда ее величество находится в резиденции.
