Фредди кивнул и улыбнулся так, словно ему оказали самый радушный прием.
– Совершенно верно. Я к вашим услугам, миледи.
Лиззи изо всех сил сдерживала дрожь и усердно притворялась, что с увлечением наблюдает за танцующими парами.
Разумеется, это ничуть не смутило Фредди. Покончив с формальностями, он перешел к делу.
– Леди Торнборо, надеюсь, вы не сочтете меня излишне навязчивым, если я попрошу вас представить меня вашей очаровательной собеседнице.
Леди Торнборо повернулась к Лиззи:
– Вы раньше не встречались?
С трудом преодолевая отвращение, Лиззи посмотрела в глаза Фредди. Он наверняка узнал ее. Не мог не узнать. Но решил позабавиться и затеял этот дешевый балаган с представлениями.
– Встречались? Нет, я не имела такого удовольствия.
– Что ж, тогда познакомьтесь, – сухо сказала леди Торнборо. – Мистер Хайтауэр, это моя внучка, миссис Сомервилл.
Фредди остолбенел от неожиданности, но, к сожалению, быстро пришел в себя и любезно поклонился:
– Рад, душевно рад… миссис Сомервилл.
Лиззи пришлось протянуть ему руку и терпеливо ждать, когда он соизволит выпустить ее из своих гнусных лап. Какое счастье, что этикет предписывал дамам появляться на балу в шелковых перчатках.
Тот же этикет вынудил Фредди наконец расстаться с ее рукой.
– До меня доходили слухи, что внучка леди Торнборо недавно вернулась в Лондон. Кажется, из Австралии?
– Совершенно верно.
– Долго ли вы там пробыли?
Он пристально посмотрел ей в глаза – как в прежние времена, когда за партией в вист давал ей знать, какие карты у него на руках, и хотел, чтобы она подыграла ему.
– Мы с мужем, – сказала она, сделав ударение на слове «муж», – уехали в Австралию десять лет назад.
Леди Торнборо кивком подтвердила ее слова. Лиззи же с удовольствием наблюдала за физиономией Хайтауэра – он явно растерялся, и было отчего; ведь Рия уехала в Австралию за пять лет до завершения злополучного романа Лиззи и Фредди.
– К несчастью, миссис Сомервилл теперь вдова, – сообщила леди Торнборо. – Ее супруг скончался два года назад.
Леди Торнборо желала подчеркнуть, что траур миновал и присутствие ее внучки на балу нельзя считать предосудительным. При этом она, сама того не ведая, помогла Лиззи и ослабила позиции Фредди.
Он изобразил должную меру сочувствия. Фредди всегда все просчитывал.
– Примите мои соболезнования, миссис Сомервилл. От души надеюсь, что возвращение в Лондон послужит началом светлой полосы в вашей жизни.
– Вы очень добры, – вымолвила Лиззи, и ее тело вдруг заныло, словно вспомнило синяки, полученные от «доброго» Фредди.
– Спасибо, что уделили нам время, мистер Хайтауэр. Мы были рады побеседовать с вами, – сказала леди Торнборо, недвусмысленно намекая на то, что разговор окончен.
Но Фредди не двинулся с места – стоял как вкопанный и буквально обшаривал Лиззи глазами. Чувствуя, что краснеет, она демонстративно отвернулась.
– Миссис Сомервилл, очевидно, вы находите мое поведение вызывающим, – проговорил Фредди. – Но видите ли, дело в том, что я в некотором замешательстве. Вы поразительно похожи на одну мою, – он усмехнулся, – знакомую.
Неужели он заговорит об их постыдной связи прямо сейчас, не смущаясь присутствием леди Торнборо? Его надо остановить. Немедленно!
Подражая Рие, Лиззи издала звонкий смешок, не имевший ничего общего с ее собственным гортанным смехом, и с удовлетворением понаблюдала, как Фредди слегка передернуло.
– Право, мистер Хайтауэр, вы меня удивляете. Неужели вы рассчитываете снискать мое расположение, сообщив мне, что я похожа на какую-то другую даму? – Лиззи приподняла брови: – И кто же она?
Фредди едва заметно переменился в лице.
– В сущности – никто. Так, пустое место…
Боже, какой мерзавец!
Подавив ярость, Лиззи повернулась к леди Торнборо и с шутливым негодованием сказала:
– Бабушка, я отказываюсь понимать этого джентльмена. Он говорит, что я похожа на пустое место.
Леди Торнборо была настроена куда более серьезно. Ее гневный взгляд вынудил Фредди если не отступить, то по крайней мере сменить тактику.
Он сокрушенно покачал головой:
– Миссис Сомервилл, покорнейше прошу простить меня. Теперь я вижу, что ошибся. На свете нет, не было и не будет такой дамы, которая могла бы сравниться с вами.
Лиззи кокетливо хихикнула.
– Вам повезло, мистер Хайтауэр. Сегодня вечером у меня превосходное настроение. К тому же мы с вами только что познакомились. Так и быть, я вас прощаю.
Лиззи сама не знала, каким чудом ей удавалось изображать легкомыслие, стоя на краю пропасти. Между тем Фредди предпринял новую попытку столкнуть ее в эту пропасть.
– Коль скоро я прощен, – сказал он, – не удостоите ли вы меня великой чести танцевать с вами?
На это Лиззи никак не могла согласиться. Танцуя с ним, она неизбежно выдаст себя.
– Вы очень любезны, мистер Хайтауэр, однако… – Она замялась, лихорадочно придумывая благовидный предлог для отказа.
Ее выручила леди Торнборо:
– Моя внучка не совсем здорова. Сегодня вечером она больше не будет танцевать.
Фредди тотчас сменил фальшивую галантность на столь же фальшивое дружеское участие.
– Чем я могу вам помочь? Здесь так душно. Позвольте принести вам что-нибудь освежающее?
