— Я не боевик! На оперативном задании никогда не был и допуска такого не имею. Это сертификат, это годы практики. Да меня под трибунал и пожизненный блок на источник! Вы мне пенсию платить, что ли, будете?
Не сдержав презрительной гримасы, капитан отвернулся к окну.
«Рано записал на его счет любовь к профессии. Крыса. Конторская крыса».
Револьвер перекочевал из-за пояса на сиденье рядом, и Клебер занялся оружием.
— Ой, вот не надо этих показушных угроз! Моя якобы консультативная деятельность это уже сомнительный шаг…
Смерив труса и паникера тяжелым взглядом, капитан достал второй и продолжил свое релаксирующее занятие. Пересчет патронов успокаивает не хуже четок. Маг сердито сопел из своего угла.
— Вы думаете, что пуля быстрее пасса?
— А вы думаете, я выпрыгну из экипажа с револьвером наперевес и с гиканьем побегу на врага?
— Без четкой уверенности — шесть источников. О потенциальной мощности речи не идёт. Как и о дислокации. Приблизительно два и четыре. Ваш огнестрел против их огнестрела — неравные шансы. Против группы вы не игрок.
— Ну, я не первый раз с магами дело имею. А вы не беспокойтесь, посидите тут в теньке.
Маг на хамство не отвечал, вновь погрузившись в созерцание эфира. А капитан продумывал план. В принципе, такую компанию уложить можно и без потерь в личном составе. Но не контуженному полицейскому. Не в одиночку. Все что он сможет — прощупать почву и ждать подмоги, уповая на скорость Бошана и крепкий послеобеденный сон заговорщиков.
— Остановите, — буркнул Вианкур.
— Зачем вам?
— Нас заметят издалека. Опознают мой источник и будут наготове. Еще полверсты и все. План есть?
Ройс испытующе посмотрел на молодого человека. «Ты в деле?»
— В чистом поле нас заметят издалека и без магии. Так что действуем по такой схеме: приближение, разведка, бой. У нас есть козырь — господин Бошан прибудет с подкреплением, правда неизвестно когда. Кучер остается здесь — это наш единственный свидетель, удрать если что сможет. Иллюзию на карету накинуть можете?
Маг неуверенно кивнул.
— Там наверняка и простая охрана есть. Чувствуете?
— Нет. Людей в этой какофонии не уловить. Один-два-сотня…
— А ее?
— Нет.
— Ее там нет? Или тоже не чувствуете?
— Либо нет, либо… — маг не стал договаривать, только мучительно смотрел на Ройса.
Какое-то время они ехали молча, как вдруг Вианкур заговорил, медленно подбирая слова.
— Есть второй вариант. Ставить иллюзию на движущийся объект энергоемкое занятие, векторы, переменные… а силы могут понадобиться. Шесть магов неизвестного уровня, — Ранье потер шею. — Я активно свечу свой источник, личность им не опознать. Мало ли, подельник едет? Карета наша неприметная, без особых знаков, въезжаем во двор и там — дезориентирую всех слуховой галлюцинацией. В замкнутом пространстве затрат значительно меньше, чем на маскировку.
— Рекогносцировка не помешает, — засомневался Ройс.
— Возможно, на меньшем радиусе и, опять же, сужая площадь сканирования до конкретных зданий и помещений, я смогу назвать количество человек. Мой запас невелик, — Ранье опустил глаза, касаясь неприятной темы.
— Годится, — ответил капитан, протягивая один из револьверов магу.
Как во сне.
Раз, и ты вдыхаешь густой вязкий воздух. Два — все органы чувств напряжены до предела. Три — первый кошачий шаг, и ты больше не человек, ты этот самый воздух.
Время замедлилось, ты видишь себя и все вокруг совершенно иначе, со стороны, будто паря над расчерченной игральной доской, по которой движутся оловянные фигурки солдатиков.
Запрещающие знаки. «Опасно». «Магический карантин». «Не приближайся». У наглухо заколоченных ворот на диво глубокая колея. Щелчок. Иллюзия развеивается — крепкие створы сверкают смазанными петлями, в нескольких местах высокого забора белеют новые доски, заперто. Щелчок. Слышится звон цепи, в бурую пыль падает тяжелый замок.
Двор тих и пуст. Черный фиакр, каких в городе встретишь сотни, распряжен у каретного сарая, лошади беспокоятся, тревожно ржут в стойле. И никакого движения, ни в окнах комендантского дома, судя по утоптанной дорожке, единственного используемого тут здания, ни в стороне хозяйственных построек, которые очевидно пустуют за ненадобностью.
— Что чувствуешь? — тихо спросил капитан, разглядывая в небольшую щель диспозиции врага.
— Паровой котел, — просипел маг.
Он не был испуган, нет, но от внутреннего напряжения голос плохо его слушался. Пусть так, это лучше, чем паника. Маг в напарниках — хорошо, но напарник, это тот, кому доверяешь, а этот…
— Гудит так, что можно идти не таясь. Если специально не искать, чужих источников за этим делом не видно.
— На нашей стороне, конечно, эффект неожиданности. Но преимущество, скажу, сомнительное. Говоришь один-два-сотня? Они для нас тоже могут быть неожиданностью.
