— Моя жизнь крайне скучна, — с досадой пробормотал юноша. — Я обычный сын фермера, выросший на тоскливом острове. У меня нет ни одной достойной рассказа истории.
— Однажды тебя ужалила медуза, — заметил Натан. — Должны же быть и другие истории.
Молодой человек отклонился назад и задумался. В воде теснились медузы, наталкиваясь друг на друга с глухими чавкающими звуками.
— Ну, может, это было лишь мое воображение, — произнес Бэннон. — Мысли человека часто выходят из-под контроля, когда он дрейфует в тумане один в маленькой лодке.
— Добрые духи! — рассмеялся Натан. — Мальчик мой, воображение — неотъемлемая часть истории. Расскажи свою.
Бэннон поджал губы.
— Вы когда-нибудь слышали про сэлок? Про народ, который живет в море и наблюдает за людьми на поверхности? Они смотрят из глубин на наши лодки и корабли, которые кажутся им деревянными облаками высоко в небе.
— Сэлки? — Натан нахмурился, проводя большим и указательным пальцами от губ до подбородка. — Морской народ... ах, да. Если память мне не изменяет — а она у меня остра, как хорошо заточенный кинжал, — сэлок создали, чтобы они сражались в древней магической войне. Людей изменяли при помощи магии, как тех же мрисвизов или даже сильфиду. Сэлки должны были стать подводной армией, способной подниматься и нападать на вражеские корабли. — Он сощурился. — Но они либо вымерли, либо были просто легендой.
— Я никогда не слышал об истории их создания, — сказал Бэннон. — Мы просто рассказывали сказки о них на Кирии. Иногда сэлки исполняют желания.
Натан хмыкнул.
— Если бы мне давали медяк за каждую историю о существе, исполняющем желание, я был бы так богат, что мог бы купить что угодно и не нуждаться в желаниях.
— Об этом... об этом я тоже не знаю, — пробормотал Бэннон. — Это просто история, которую мне рассказывали в деревне. Иногда просто хочется во что-то верить.
Натан торжественно кивнул, жалея, что дразнил юношу.
— Мне доводилось испытывать подобное чувство.
Бэннон всматривался в море, словно больше не замечал медуз.
Он понизил голос до шепота:
— А еще несчастному человеку иногда нужно убежать. Я был глупым и молодым... слишком молодым, чтобы понимать, насколько глуп.
Натан подумал, что парень, возможно, до сих пор слишком молод, но промолчал.
— Я уплыл на маленькой рыбацкой лодке совсем один, рассчитывая навсегда покинуть Кирию. У меня не было друзей на острове.
— А Ян? Тот, которого ужалила медуза.
— Это было позже. Ян исчез. — Бэннон нахмурился. — Я отплыл на закате с отливом и знал, что полная луна будет освещать мне путь в ночи. Я надеялся увидеть сэлку, но в глубине души я подозревал, что это просто сказки. Мне рассказывали столько вещей, которые впоследствии оказались неправдой. — Он выглядел больным, но с очевидным усилием вызвал на лице счастливую улыбку. — Хотя всегда есть шанс. Я греб в темноту, когда над головой появились звезды, и продолжал грести, пока руки не начали отваливаться. После этого я просто плыл в открытом море. Примерно час я мог видеть темный берег острова Кирия с огнями очагов и ламп в домах, расположенных над береговой линией. Потом они исчезли, и я продолжил грести.
— Куда же ты направлялся? — спросил Натан. — Ты просто плыл в открытое море?
Бэннон пожал плечами.
