Потеряв всякое стремление продолжать, Ясноглазый обратил свой взор на иные миры. Некоторые из них были до того серы и ущербны, что вызывали лишь жалостливую улыбку.
Он летал меж ними, улавливая отрывки переживаний различных существ.
Ох, вот очередная песчинка умирающей души отделилась от мира. Она так отчаянно пищит что-то…
«Боги…»
А?
«Боги»
К кому ты взываешь, мелочь?
Иззеркель коснулся песчинки, мгновенно увидев всю ее нехитрую жизнь.
Печально, ей так и не дали шанса стать «кем-то». Песчинка родилась «никем» и «никем» покинула серый мир.
Хотя…
Впрочем…
Ему ведь нечем заняться?
Поток мироздания несет маленькую душу прочь, но может подкорректировать ее полет?
Просто поглядеть, что будет, если… Хм, родится ребенок с необычной, «злобной» судьбой.
Иззеркель всегда с интересом наблюдал за злодеями. Но что сделаешь ты, песчинка, если тебе доведется поучаствовать в судьбе другого мира?
Это будет интересно. Конечно, это должно быть весело… Одна маленькая шалость для развлечения.
«Не разочаруй меня, крохотная леди. Твой детский крик скоро разорвет пространство…»
Глава 1
В королевстве Валлия, прибрежный "свободный" город Нортшпель только просыпался ото сна. Многочисленные горожане зажигали тусклый свет в полутемных помещениях и, зевая, торопились на работу.
Однако, в одином из домов, который отличался красивой отделкой и гордой вывеской с позолоченной розой (присущей только дворянским семьям) - не гасили свет всю прошедшую ночь.
Виной тому роды у леди Летиции Темпор. Вся её семья (муж и двое маленьких детей) собрались у изголовья кровати, с опаской взирая на деятельного доктора.
Тот, впрочем, уделял внимание только лишь роженице. Хлопотал вокруг нее, уговаривал тужиться и давал вдыхать душистые травы, чтобы облегчить женщине боль. Всё это действо длилось до выматывающего долго, но... Наконец, раздался довольный возглас лекаря:
— Это девочка!
Не теряя времени, малютку спешно омыли, гордо показывая матери и собравшимся родным.
Кто-то в комнате удивлённо произнёс:
— А... Этот ребёнок...
Все без слов поняли, что он имел в виду. Ребенок с серо-голубым, ледяным взглядом, величественно взирал на семейство. Малышка осмотрела этот мир цепко, удивленно и как-то... Зло?
Могильное молчание новорожденной по-настоящему поражало. Но потом она всё же закричала. Этот крик не был наполнен детским хныканьем, нет. Скорее чистый возглас, полный разочарования и странной обиды.
— Наконец-то. Я уже устала ждать, - эти слова принадлежали леди Летиции. Она мазнула по дочери равнодушным взглядом и капризно потребовала отвести ее в ванну.
С этого момента, малышке Кассии пришлось познавать чуждый мир.
***
... Сначала она была напугана. Этот страх пленял душу и вводил в глубокое уныние.
"Я ведь не могла умереть на самом деле... Боже, скажите, что это жуткий сон" - необходимость существовать в теле ребенка доводила её до отчаяния. Еще совсем недавно она была больной, взрослой девушкой, в мире, наполненном технологиями, а сейчас...
В конце концов, оставалось только ждать. Первые этапы своего взросления она может быть лишь безвольной амебой, что давно стало привычным для её прошлого (уже мёртвого?) тела.
Ей отчасти повезло, она помнила о своей прошлой жизни лишь жалкие обрывки. Фрагменты, кажущиеся далеким сном, и всё же реальные. Она даже не могла вспомнить свое прошлое имя, но нынешнее вполне устраивало её. Впрочем...
Кажется, на местном языке "Кассия" значит "пустая".
"Ха? Какая мать назовет своего ребенка пустым? Ох, черт, это реально обидно" - она злилась на эту женщину. Если бы умела говорить, высказала бы ей целый список претензий.
В этой семье к ребенку проявляли столь мало внимания, что Кассия вскоре смирилась с таким положением. Она начала воспринимать всё окружающее как часть новой игры. И чтобы не дойти до "смертельного финала"... Решила разобраться с правилами поподробнее.
Пока ей недоступен мир за приделами дома Темпор. Хотя, если совсем честно - даже пространство за приделами детской казалось труднодоступным для изучения.
"Я привыкну. Мне придётся привыкнуть. Все дело в том, что... Я не захотела умереть и попала сюда. Это ненормальное перерождение... Не иначе как боги шутят надо мной?"
Семья Темпор, без сомнения, была домом благородных кровей. Однако, у них не было земель, кучи слуг и, вероятно, даже отчетливого титула. Сильно богатыми их тоже не назовешь.
У Кассии были старшие брат и сестра. Эти дети иной раз забегали к ней поиграть. Темноволосые, ничем особо не выделяющиеся, они стирались из ее памяти сразу же, как только исчезали из детской.
Впрочем, не казалось, что им "нравится" быть с ней. Взрослея, Кас не менялась. Молчаливый, упертый, слишком серьезный ребенок - именно такое впечатление она производила на окружающих.
Настоящие дети, само собой, не понимали её. И вскоре начали избегать общения. Единственный, кто не обращал внимание на причуды дочери, это Мариус Темпор, глава семьи. Чудак с растерянной улыбкой, неказистый мужичок, которого крохотная Кассия нарекла "простофилей".
