Якен выглядел так, как будто принял какое-то решение, и Арья спрашивала себя, что на самом деле скрывается за выражением лица ее парня.
«Что это, Якен?» - в итоге спросила она его.
Он вздохнул: «Я пойму, если ты почувствуешь, что должна пойти к нему, - объявил он. – Не каждый день кто-то узнает, что является сыном одного из самых могущественных людей в стране».
«Джендри не захочет говорить со мной, - отрицательно покачала головой Арья. – Я знаю, что ты поймешь, но думаю, у меня нет никаких шансов поговорить с ним».
Так грустно думать об этом, - размышляла Арья. Часть ее хотела быть рядом с Джендри, чтобы поддержать его в это сложное время, и печально было осознавать, что она была, наверное, последним человеком на свете, которого Джендри хотел бы видеть рядом с собой.
_______________________________________________
Джендри
Нейтральное поле, - думал Джендри, сидя в обставленном в классическом стиле кабинете адвоката. Тоби и Табиту оставили с няней, а Эллен и Тобхо сидели по обе стороны от него, ожидая приезда Роберта Баратеона.
Они находились в комнате, которая выглядела как зал для конференций или переговоров со стеклянным столом и кожаными креслами. Адвокат в модном костюме отлучился, чтобы ответить на звонок. Тобхо нервно попивал воду, в то время как Эллен возилась со своей сумочкой. Все утро они провисели на телефоне, отвечая на звонки обеспокоенных друзей и родственников, которые прочитали газету, все хотели знать, что происходит. Кроме того, Тобхо звонил в соцзащиту, чтобы сообщить им о том, что произошло, так как технически Джендри все еще находился под государственной опекой.
В конце концов, адвокат сам вышел на контакт с Тобхо и попросил приехать как можно скорее. Спустя два часа Джендри снова находился в кабинете, в котором еще совсем недавно вся его жизнь перевернулась с ног на голову. В тот раз, когда ему сообщили о наследстве, он не слишком задавался вопросом, кем оно было ему оставлено. Он был слишком занят мелькающими перед глазами долларовыми купюрами и мыслями о том, что теперь он мог купить практически все, что захочет.
Если бы он тогда знал, сколько бед принесут ему эти деньги, разве стал бы им так сильно радоваться? Ничего не бывает даром, - слышал он когда-то фразу, и в его случае та цена, которую он должен был заплатить за новоприобретенное богатство, была неоправданно высокой.
Адвокат вернулся в комнату и откашлялся: «Мистер Баратеон прибыл, поэтому если вы все готовы, то я приглашу его присоединиться к нам. Он очень хочет с вами познакомиться».
Тобхо вопросительно посмотрел на Джендри, тот в ответ лишь пожал плечами, после чего его приемный отец повернулся к адвокату: «Будьте добры, пригласите его».
Джендри вспомнил, что в его единственную встречу с Робертом Баратеоном, тот выглядел тучным человеком. Действительно, когда через мгновение он вошел в зал, то Джендри увидел, что его впечатление оказалось верным. Роберт Баратеон был высоким и толстым, некогда в молодости мускулистая фигура заплыла жиром, особенно в районе живота. Тем не менее, его волосы были темны, как ночь, а взгляд по-прежнему оставался острым, когда он окинул им всех присутствующих в комнате. Он производил впечатление, и Джендри обнаружил, что несознательно выпрямился, сидя в своем кресле.
Следом за Робертом в комнату вошел еще один человек – высокий блондин с зелеными глазами, который, по мнению Джендри, выглядел как более взрослая и элегантная копия Джоффри Баратеона. После того, как вошедшие были представлены, Джендри узнал, что двойником Джоффри был Джейме Ланнистер, который приходился Роберту шурином.
Он смотрел, как взрослые пожимают друг другу руки, но продолжал держать свои руки скрещенными на груди, заставив Роберта неловко опустить свою руку после того, как тот несколько мгновений держал ее перед ним в жесте для рукопожатия.
Адвокат снова откашлялся: «Спасибо еще раз всем, что смогли собраться здесь за такой короткий срок, - казалось, он тщательно подбирает слов. – Мы собрались здесь из-за обвинений в…»
«Не могли бы вы прекратить нести чушь», - услышал свой голос Джендри.
«Джендри…» - укоризненно посмотрела на него Эллен.
«Извини, Эллен, - Джендри бросил на приемную мать быстрый извиняющийся взгляд после чего обратил все свое внимание на человека, который сидел напротив него за стеклянным столом. – Мы все видели статью и знаем, зачем мы здесь. Мне плевать, как и зачем опубликовали эту историю, все, что я хочу, так это знать, правда ли это».
Джендри встретился с уверенным взглядом льдисто-голубых глаз Роберта Баратеона, и на секунду смутился от того, что цвет его глаз был точного такого же оттенка синего, как и его собственных.
«Это правда?» - спросил его Джендри.
Блондин сделал попытку вмешаться: « Роберт… возможно, ты должен…»
«Умолкни, Джейме, - Роберт взмахом руки заставил замолчать своего шурина, в то время как сам не отводил взгляда от лица Джендри. – Мальчик задал мне прямой вопрос, и он заслуживает того, чтобы услышать честный ответ».
«Это правда?» - повторил вопрос Джендри.
Роберт кивнул: «Да. Это правда».
