«С Джендри все будет хорошо, - сказал Пирожок. – Он пересказал мне все, что сказал тебе, высказал свою точку зрения, но я знаю о том, что он знает, что такие вещи случаются, и знает, что у тебя не было намерения причинить ему боль. Ты не можешь специально в кого-то влюбиться. Просто дай ему время, и я уверен, что все вернется на круги своя».
Слова Пирожка, а также ее собственные глаза помогли ей немного успокоиться, однако не сумели смягчить муки совести, которые остались от слов Джендри. Она принесла ему свои извинения в нескольких словах, которые успела произнести, но совершенно не была уверена в том, что они когда-нибудь смогут общаться как прежде.
Кроме того, Пирожок рассказал ей о том, что Джендри и семью Моттов преследует пресса. Трижды миссис Мотт видела, как один и тот же фургон с репортерами мелькает на их улице, а мистер Мотт был на грани того, чтобы поменять номер домашнего телефона, так как он разрывается от потока звонков с незнакомых номеров. Статья с фотографиями Джендри в вестеросской газете была только началом: как оказалось, большинство местных газетенок ринулись размещать подобные статьи о нем и его предполагаемом отце.
Пирожок покачал головой: «Мистер и миссис Мотт не знают, как справиться со всем этим вниманием, и нам остается только догадываться о том, как со всем этим справляется Джендри. Я имею в виду, что его жизнь за довольно короткий промежуток времени кардинально изменилась».
Арья могла лишь посочувствовать, она прекрасно помнила внимание СМИ к ее семье после беспорядков работников «Baratheon Incorporated», хотя ее семья была намного лучше подготовлена к подобному, учитывая широкую известность ее отца.
Просто она была не из тех, кто может спокойно сидеть в стороне и ничего не делать. Если существовала проблема, она хотела добраться до нее и все исправить. Ей было непривычно чувствовать себя неприкаянной и быть не в силах как-то наладить ситуацию с Джендри, не говоря уже о том, чтобы предложить ему помощь справиться с атакой СМИ.
Позволь ему побыть одному, - велел ей внутренний голос. - Оставь Джендри в покое.
____________________________________
Джендри
Он общался с симпатичной блондинкой, которая иногда о чем-то шутила со своей не менее симпатичной подружкой-азиаткой. Он ни за что в жизни не смог бы вспомнить, как их обеих зовут, и это грозило возможным конфузом, ведь они разговаривали с ним уже не менее получаса. Эдрик представил их, когда девушки присоединились к ним за ланчем в корпусе театрального искусства. Справедливости ради стоит отметить, что с прошлой недели он познакомился с кучей девчонок, чьих имен так и не запомнил. Никто из них не произвел на него особого впечатления.
Он отвечал на приветствия других людей, разговаривал с ними и притворялся дружелюбным, чтобы хоть немного выбросить из головы все… все, что связано с Арьей Старк. К счастью, скоро должен был состояться их концерт, и Берик заставлял их каждый вечер репетировать, чтобы все прошло идеально. Репетиции, как правило, заканчивались в 20:30, и сразу после возвращения домой он садился за уроки, чтобы подготовится к занятиям. Обычно он ложился спать, когда на часах уже было около полуночи. Мотты ввели строгое правило о его успеваемости в школе после Музыкальной Битвы, учитывая, насколько сильно Джендри оказался вовлеченным в группу и концертную жизнь. В общем, он должен был улучшить свои оценки, если хотел остаться в Братстве. Хуже всего дело обстояло с биологией, он так и оставался по ней на уровне С*.
Помимо группы, учебы и ссоры с Арьей его самой большой проблемой оставалось то, что теперь каждый хотел узнать, правда ли он был сыном Робертом Баратеона. Его приемный отец уже отключил домашний телефон, а приемная мать перестала отвечать на звонки своего мобильного телефона, если звонили с незнакомого номера. Джендри был прекрасно осведомлен о том, что репортеры постоянно присутствовали вокруг его дома и школы.
Одно дело, если бы они доставали только меня, но то, что они надоедают всей моей семье, это неправильно. Джендри проконсультировался со своим лощенным адвокатом на тему давления прессы, и тот настоятельно рекомендовал ему хранить молчание и не заговаривать с ними первым, а все вопросы интервьюеров направлять в юридическую компанию «Пицель и партнеры».
Кроме того, его проинформировали о том, что уже существует законодательный акт, запрещающий журналистам приближаться к Королевской Подготовительной школе, который был принят в качестве меры безопасности для учеников, чьи родители были широко известны, таких как Баратеоны, Тиреллы или Старки. Но стоило Джендри попасть за периметр школы, доступный для журналистов, как он сталкивался с журналистами и фотографами, которые устраивали засады у его дома.
«… не так ли, Джендри?»
Мысленно Джендри тряхнул головой и сфокусировал свои голубые глаза на миленькой девушке-азиатке, которая выжидающе смотрела на него. Он все прослушал.
