- У Влада нет конспекта, – прошептала Катя на ухо другу, косясь на детектива. Тот сидел как раз через Максима, вертя в руках шариковую ручку, и, судя по всему, медитировал на ползающую перед ним по парте муху. Но, словно услышав, что речь идет о нём, покосился на Катю. Та в ответ весело ему подмигнула, даже не подумав смутиться. L отвел взгляд.
Рядом с детективом, справа от него, гордо восседала прямо-таки лучащаяся счастьем Маруся. Ох, как же, как же, ей наконец удалось завоевать место рядом с несравненным Элюшкой! Маня безнадежна…
- И я подумала, что ты можешь дать ему свой, когда придет его очередь, – проворковала шатенка, возвращаясь к разговору. – Я бы дала свой, но, ты же знаешь, он слишком приметен…
- Что, весь разрисован гробами, скелетами и могильными крестами? – спросил Мак, хмыкая. – А ещё нарисована огромная странная коса какого-то Могильщика…
- …не Могильщика, а Гробовщика!!! – с пафосном возразила Катя.
- О! Э-э-э… да-да, я так и понял…
- Тебе надо посмотреть это аниме*!
Мак наконец-то оторвался от своей тетради и повернулся к Кате, широко улыбнувшись.
- Не-а! – радостно с расстановкой произнес он и, вновь уткнувшись носом в тетрадь, принялся увлеченно срисовывать с доски схему развития лимфоцитов. Ботаник.
- Мог бы уже хоть одно аниме посмотреть в своей жалкой жизни! – фыркнула Катя.
- Я смотрел! – горячо возразил Мак, вновь воззрившись на неё. – В детстве… про этих… как их? Там чувак такой в кепке бегал… У него и остальных ещё рты такие огромные. Я, маленький, боялся, думал, они меня съесть хотят.
- Эш*? – удивленно выгнула бровь Катя, кажется, догадавшись, о ком тот говорит.
- И там ещё такая большая мышь была, – продолжал тем временем Мак. – Желтая.
- Не смей так говорить про Пикачу!!! – зло зашипела Катя.
- Аааа… так её звали Пикачу… – Мак снова склонился над тетрадью.
- Я тебя убью, – буркнула Катя.
- Только не сегодня. У меня в комнате в полке стола ещё шоколадка припрятана, – ответил Мак. – Пока я её не съел, я не имею права умереть.
Катя закатила глаза.
- В тетради по истории, чувак, я как раз ничего не рисовала. Но эта тетрадь ещё с прошлого семестра, когда у нас история Беларуси была. Я другую не заводила и курс ВОВ** продолжила в ней вести. Историца её на семинарах видела много раз и могла запомнить. А ты со своей обложку снимешь, например.
- Э-э-э…
- А я ещё там нарисую что-нибудь…
- Тетрадь я Владу дам, хорошо, – ответил парень. – А вот знания, увы, не смогу.
- Пффф… Я думаю Эл… мм.. Влад знает даты Второй Мировой войны, – отмахнулась Катя. – Кажется, она только это будет спрашивать.
- А ещё фамилии командующих фронтами во время освобождения Беларуси, и чё-то там ещё… – пробормотал Мак, сосредоточенно записывая под диктовку виды лейкоцитов и их характеристики.
- Вот, фак! – Катя закопалась в тетради в поисках чистого листика. – Надо написать Владу всю эту фигню…
- Эм… – Мак выгнул бровь. – Ты думаешь, Влад не знает таких простых вещей? – сухо поинтересовался он.
- Э… – на секунду Катя замерла. – В смысле?.. Он… он ведь… – Стоп! Максим ведь не знает, кто такой Влад. С чего это он считает его сильно умным? Можно подумать, каждый должен знать фамилии командующих белорусскими фронтами. Такое в голове долго не задерживается. Бывают личности, что и даты Второй мировой не назовут. Печально, но факт. L, конечно, знает историю (кто её не учил?), и Вторую Мировую войну, но он уж точно не заострял подробно внимание на операции освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков.
- Ну, не все такие умные, как ты, – хмыкнула Катя.
- Ой, да ладно! – спустя пару секунд ответила она Маку, беззаботно отмахиваясь от друга. – Ты преувеличиваешь умственные способности Влада. Я уверена: он тупой, как веник! – и она весело хохотнула, намеренно не глядя в сторону детектива, который, возможно, мог слышать данную реплику. Ну, если, конечно, он не полностью глухой.
* *
Марина была довольна. У неё было замечательное настроение. И даже скучная лекция по цитологии, которую она рассеянно конспектировала, пропуская больше, чем записывая, не могла на неё повлиять. Причина же такого прекрасного настроя была проста (если можно так выразиться) и сидела рядом с ней, по левую руку. Словами не передать, как она соскучилась по нему, а ведь прошло так мало времени, всего лишь вечер воскресенья и утро понедельника.
«Уииии!!! Как же я ждала этого Великого момента, когда я наконец-то встречу моего милого Рюузаки. И... наконец то... он в моих объятьях... нууу... почти в них... но по крайней мере ОН находится очень близко!!! Какой же он милый, когда на него смотришь вблизи. Эти чёрные как смоль волосы, проницательные глаза, которые смотрят на меня с такой томностью, а эта манящая полоска наверняка нежных губ... ммм...».
Марина блаженно вздохнула и рассеянно поглядела на свою тетрадь, поняв, что она опять пропустила что-то из того, что диктовал преподаватель. Впрочем, её это мало волновало.
