Зачем он это сказал? И от этого ей вдруг стало очень грустно. Словно он думает, будто она сделала ему комплимент только по пьяни. Да, его внешность неординарна, но это не значит, что он совсем не привлекателен. Во всяком случае, ей так не казалось. Катя почувствовала сожаление и одновременно с этим ей в голову пришла внезапная мысль (или, скорее, озарение), что Эл, вообще-то, внешне немного в её вкусе. Ну, чуточку. Совсем капельку. Черные волосы, черные глаза, правильные строгие черты лица. Правда, в воображении Кати её МММ (Мужчина Моей Мечты) не был чертовым гением, но она всегда считала, что самая сексуальная часть тела у мужчины – это мозг. А мозги детектива L – это вообще отдельная тема для разговора.
- Да ла-адно, не заливай, – протянула Катя, небрежно махнув рукой. – Еще скажи мне, что считаешь себя недостаточно красивым. «Назову себя уродом, чтобы они назвали меня красавцем! Идеальный план», – процитировала она известное в интернете выражение.
У парня дрогнули уголки губ.
- А что ты по этому поводу думаешь? – тихо спросил он, по-прежнему неотрывно пялясь прямо ей в глаза. Но Катя была не против.
Она лишь фыркнула. Затем, протянув руку, взяла со стола свой бокал, на дне которого еще оставалось немного шампанского.
- Пользуешься тем, что я малость под градусом и у меня развязан язык? – немного отпив, она улыбнулась, чувствуя во рту слегка вяжущий вкус. – Надеешься, что я признаюсь, что храню твой портрет под подушкой и тайком в одиночестве вздыхаю, глядя на него? Я еще контролирую себя, я еще не настолько пьяна…
Детектив слегка нахмурился, словно раздраженный её глупыми шутками, и поджал нижнюю губу. «Бля, ну и хрень я несу», – промелькнула мысль у неё в голове, когда она проследив за этим его жестом, залпом допила остатки шампанского и поставила бокал на место, неспеша облизнув губы.
- Не я поднял эту тему, – просто ответил Эл. – Но раз уж тебе так захотелось обсудить мою внешность и свои тайные пристрастия, я не препятствую этому. Я даже готов выслушать.
«Я все равно тут сижу, так что можешь побубнить у меня над ухом, как радио», – мысленно продолжила она за него. Будь Катя в обычном состоянии, она бы давно оставила детектива в покое, потому что в её случае обычно парни доставали её на таких вот вечерах, а она посылала их на три или более буквы. Но сейчас она почему-то решила, что понадоедать Элу просто святая необходимость. Его отстраненность обижала и раздражала. Никто не может просто так игнорировать Катю. Игнорировать кого-либо – это её привилегия.
Ну хорошо, Эл. Ты сам напросился. Посмотрим, что ты скажешь на это.
Не сводя с него глаз, Катя улыбнулась, слегка прикрывая глаза. Медленно протянув руку, она накрыла тыльную сторону его ладони своей. Эл дернулся и заметно напрягся. Катя почувствовала, как у неё самой быстро забилось сердце, от азарта и одновременно страха за то, что он слишком быстро всё испортит. Всю остроту момента, от которого у неё мурашки шли по коже.
Её ладонь медленно скользнула по его коже, чувствуя прохладу пальцев, очерчивая контур выступающих суставов и просто сходя с ума от мысли, что рядом с ней сидит Эл и она проделывает это с ним. И он позволяет. Катя еще раз провела кончиками пальцев по его ладони от запястья к изгибу пальцев, чувствуя, как от пробиравшей её робости перед этим человеком, слегка дрожит её собственная рука, прежде чем выражение лица сидящего напротив неё молодого мужчины резко изменилось.
- Хватит. – Беззлобно, но твердо и достаточно резковато сказал он, опять поджимая губы. Его голос прозвучал так неожиданно, что Катя вздрогнула и невольно убрала руку. Но не успела пройти и пара секунд, как она ощутила стыд и раскаяние в своей излишней поспешности. Потому что в этот самый момент даже до её слегка затуманенного сознания дошла одна невероятно простая истина: её только что легко и спокойно отшили. Отмахнулись, как от надоедливой малолетней дурочки, которая на пьяную голову решила, что ей покорится затерявшаяся среди темных грозовых туч невиданной высоты холодная горная вершина.
Проклиная последними словами свой испуг из-за которого она так легко убрала руку, словно устыдившись своего проступка, Катя испытала жгучее желание сейчас же броситься на детектива и расцарапать ему лицо. «Скотина, какая же ты, Эл, скотина. Из-за тебя я чувствую себя, словно малолетняя неудачница, впервые в жизни решившая попытаться флиртовать с парнем».
Эл попытался слегка отодвинуться от неё, все так же сжимая побелевшие губы и вцепившись одной рукой в край дивана.
