- А как, мм… дела с Кирой? – спросила Катя, чтобы не молчать. Они вообще давно не говорили на эту тему. Она была без малейшего понятия, что собирался делать Эл. Что странно, неужели повседневные заботы напрочь вытеснили из её головы мысли о том, зачем в их мире Эл. Его присутствие стало настолько привычным, что ли. Настолько, что она позволила себе на некоторое время позабыть о том, что в их мире находится чокнутый маньяк по имени Кира, возомнивший себя богом.
- Скоро всё закончится.
Ответ прозвучал так внезапно, что до неё не сразу дошел смысл сказанного. Вот так просто? Эл уже все спланировал?
- В смысле? – растерянно и одновременно взволнованно переспросила Катя. – Что закончится? – тут же доперев, что задала тупой вопрос, она поправила: – То есть, ты уже нашел Киру? И что теперь собираешься делать?
Эл несколько секунд странно смотрел на неё, словно о чем-то размышляя. Затем, закусив губу, опустил глаза, рассеянно рассматривая лист у себя в руках. Катя наблюдала за ним, даже не намереваясь этого скрывать.
Все кончено? Мысль обрушилась на неё, словно старое обветшалое здание, которое решили снести за ненадобностью. Все кончено. Быть этого не может. До этой самого мгновения она и не подозревала, как сильно она к нему привыкла, насколько естественным стало его присутствие в их мире, рядом, здесь, с ними, с ней. Это уже давно перестало казаться странным, теперь уже и помыслить было сложно о том, что когда-то Эла здесь не было и не должно было быть. Это противоречило всем законам мироздания и её представлении об устройстве вселенной. Но потом это как-то вошло в привычное русло, и мысль, что наш мир, оказывается, не такой скучный, даже стала приносить удовольствие. Конечно, было ясно, что рано или поздно всё закончится. Эл здесь не навечно, в конце концов он вернется в свой мир. Но Катя об этом особо не думала и уж тем более не озадачивала себя мыслями о том, будет ли скучать. Даже, когда поняла, что неравнодушна к нему, старалась об этом не думать. До сегодняшнего дня.
Катя грустно усмехнулась, снова глянув на Эла и чувствуя себя идиоткой. Чтобы не сидеть пеньком прямо напротив детектива, она встала, и подойдя к шкафу, сделала вид, что что-то ищет на полке, на самом деле лишь бездумно переставляя статуэтки, что в обилии водились во всей её комнате. Друзья почему-то обожали дарить ей эту дребедень. Рулон туалетной бумаги, по её скромному мнению, и то полезней. И вот почему ни у кого не возникает идеи подарить на день рождения с десяток рулонов? Полезно, а главное – креативно.
- И как именно скоро все закончится? – поинтересовалась Катя. Ей даже показалось, что её голос прозвучал не только не опечалено, а наоборот, позитивно. Ого, она, оказывается, такая двуличная и коварная, прям как роковая Маруся. – Текст перевести успеешь? – пошутила она, оборачиваясь.
И слегка дернулась от неожиданности, когда он резко поднял глаза. Катя почувствовала, как от его больного воспаленного, а не бесстрастного и спокойного, как обычно, взгляда у неё ёкнуло сердце.
- Биологическая терминология... – начал было он еще более хрипло, чем обычно, но затем сам же быстро себя оборвал. – Но знаешь, – Эл каким-то резким не характерным для него жестом решительно отложил лист вместе с карандашом в сторону, словно ненужный мусор. – Плевать на текст. Он не имеет значения.
«В смысле?» – подумала Катя, глядя, как он поднимается с тахты, распрямляя плечи. Снова испытала волнение, глядя на его тонкие строгие черты лица, черные волосы, упрямо сжатые губы. Ей хотелось обладать им. Не просто физически, как вполне возможно и получилось бы, ведь он всего лишь мужчина, а о них она была не особо высокого мнения. Но ей не нужно было лишь его тело. Душа, весь он! Весь он до дна, без остатка.
Всего лишь мужчина, но какой черт возьми! «Ненавижу тебя, за то, что ты такой. И люблю».
Ей все показалось странным, вся эта ситуация. Все мысли о нём пронеслись в её голове за секунду. Она все еще смотрела, как Эл приближается к ней. Она еще не поняла, что он собирается делать, когда он оказался рядом, внезапно заключая её в объятья и прижимая к шкафчику, на одной из полок которого она мгновения назад переставляла дурацкие статуэтки, и накрывая её губы своими.
* *
Вот уже второй день подряд некая Алина Шухрай находилась в подполье. Ничего не менялось. Пальма не упала ей на голову с какого-нибудь этажа. Потерянный листок из Тетради не возник магическим образом у неё на письменном столе. Поэтому все больше и больше Алина погружалась в уныние, и даже мысли о том, что зачет по английскому перенесен с понедельника на эту субботу, то есть на завтра, не создавали настолько похоронного настроения и желания смыть своё бренное тело в унитаз.
