– Ну я же Великий Дракон! – тоном, ясно говорящим, что слово «скромность» – не из его лексикона, ответил Айт. – Только знаешь… – Водная змейка вдруг скользнула вдоль Иркиного воротника и обвилась вокруг шеи, как ожерелье, легко холодя кожу. – Тебя я не отпущу, ведьма, не надейся. И ты меня не отпускай! Даже если тебе скажут, что я сам этого хочу, даже если я тебе скажу – все равно не отпускай!
– Что-то… что-то случилось? – испуганно спросила Ирка, накрывая водяную змейку ладонью, точно та нуждалась в защите.
– Абсолютно ничего, – уверенно ответил Айт. – Просто мне показалось, что я должен тебе это сказать. О, старый земляной червяк наконец-то начал выдыхаться, уже дым из ушей попер! Ты не передумала приглашать меня на день рождения? – торопливо спросил он.
Ирка только помотала головой.
– А я так и не придумал, что тебе подарить, – озабоченно пробормотал он. – Изумрудов из сокровищницы приволочь? К твоим глазам пойдет… Старомодно, и кому они вообще нужны, эти изумруды? Знаю! – И змейка радостно заскакала у Ирки по плечам, щекоча шею мокрым холодным хвостиком. – Даже в нашем мире такие штуки считаются бесценными, а в вашем вообще один будет! Тебе понравится! Жди! – Змейка скользнула с Иркиного плеча и втянулась обратно в кран.
– Хоть намекни – что! Я ж за месяц от любопытства сдохну! – крикнула вслед Ирка, но кран только хрюкнул, словно хихикнул, и закрутился сам собой.
– Ну вот, заинтриговал и утек. Гад! – проворчала Ирка. С улыбкой огляделась. – Какие интересные вещи последнее время со мной в туалетах происходят! То ли заходить сюда почаще, то ли, наоборот, – держаться подальше? – Она засмеялась и, прыгая через ступеньку, побежала к ребятам. – Домой поехали! – налетая на них, весело завопила она. – Полдня тут убили, домашка опять не сделана, а наша Баба Катя на меня во-от такенный зуб точит! Она Тео горше мамы оплакивает – кто ей теперь ремонт в классе делать будет? – И чуть не на одной ножке поскакала к остановке маршрутки.
– Ничего себе! – поглядел ей вслед Богдан. – Только что рыдала…
Танька тихонько ахнула. Острый собачий слух Ирки помог различить, как она бормочет под нос:
– Не знаю, как это может быть, но такое впечатление… что к ней Айт приходил!
– Силен змей! Так я его, гада, глядишь, и зауважаю, – откликнулся Богдан. – Танька, а вот если бы я к тебе в девчоночий туалет просочился, ты бы тоже потом скакала веселая и довольная?
– Богдан, ты пошляк! – окрысилась Танька. – И чем ты старше становишься, тем пошлее!
– Так не водись со мной!
– Э, нет, так просто ты не отделаешься! – хищно прошипела Танька. – Я буду тебя перевоспитывать!
Под Богдановы мученические стоны они добрались до остановки.
– Ну и где эта чертова маршрутка? – фыркнула Танька.
– А чертово такси не подойдет? – поинтересовались сзади.
Ребята обернулись. Такси стояло позади них. Стекло на стороне водителя было опущено… из-под низко надвинутого козырька шоферской кепки багровым светом мерцали глаза.
– Поедемте, госпожа хортицкая ведьма. Вас ждут, – утробно провыл шофер.
Танька почувствовала, как у нее кружится голова и что-то тянет ее, заставляя подойти, открыть дверцу, сесть на заднее сиденье…
Горячие пальцы Ирки стиснули ей руку. Другой рукой девчонка ухватила Богдана.
– А не пошел бы ты… к черту! – ласково сказала Ирка. – Который тебя прислал. Ему надо, пусть сам и приезжает. Нет, ну ты посмотри на них, пара дней всего прошла, как мы предыдущую партию в Пекло отправили, а эти рогатые снова наглеют! – доверительно сказала она ребятам и затолкала обоих в подъехавшую маршрутку.
Через пару минут такси обогнало их и на полной скорости унеслось в сторону города.
Стараясь ни в коем случае не спешить, Ирка спускалась по тропинке к своему дому. Ребята молча следовали за ней.
– А если вдруг они не… – начал Богдан.
– Гадать бессмысленно. Придем – увидим, – оборвала его Ирка.
– Ну смотри, – согласилась Танька, кивая на роскошный и очень женственный «Феррари» у ворот Иркиного дома.
– Быстро добрались, – буркнул Богдан.
– Знали, что мы к ним не поедем – так, проверяли, а вдруг… – усмехнулась Ирка. Игры, игры, чертовы игры…
Шофер остался за рулем «Феррари», а со стороны пассажира выбрался хорошо знакомый Ирке мамун. Открыл заднюю дверцу… Как в старом кино, сперва появилась ножка в ботиночке на высоком каблуке, а потом, опираясь на галантно поданную лапу и зябко кутаясь в дорогие меха, наружу выбралась дама в элегантной широкополой шляпке.
– Ваша бабушка только что ушла. Ей соседка позвонила, – не здороваясь, сказал мамун.
– Если соседки тоже не окажется дома, как Константин Константиновича в отеле, бабушка очень сильно разозлится, – приподняла брови Ирка.
– Обижаете, Ирина Симурановна! Соседка на месте, и им есть о чем поговорить. Как и нам… Впустите в дом? – мамун вопросительно поглядел на калитку.
