– Я, честно говоря, думала, что убиваю! – демонстрируя глубочайшее разочарование, объявила Ирка. – А вы, оказывается, всего лишь в Пекло на отсидку попадаете…
– Поверь мне, – проникновенно сказал черт. – Пекло – это гораздо хуже просто смерти! А ваши черти, между прочим, туда почти не попадают! Они на сегодня – самые крутые черти в мире! И вовсе не потому, что самые хитрые, самые оборотистые, самые-самые… А потому, что у вас тут пакости на халяву и души по дешевке! – уже почти проорал черт и снова вскочил, цепляясь рогами за кухонную люстру. – Только дунь, только чуть-чуть под руку подтолкни, и пожалуйста! Поезд падает с моста и прибивает пароход! Атомная электростанция взрывается! Пьяный сын рубит отца топором! За душами ваши черномазые даже из логова ленятся выходить. Зачем, если бутылку самогона или косячок в окошко клиенту протянул – и он твой! Пустили бы меня работать в таких адских условиях, я бы в этой стране уже Страшный суд устроил! – в запале рыкнул черт.
– Поэтому ты и не будешь работать в этой стране, – ласково сообщила Ирка. Во рту у нее было кисло и противно, а черта хотелось убить – и плевать на его явную мощь и габариты! Она его ненавидела! Потому что все, им сказанное, было чистой правдой! – Умиляет меня твоя наглость, игрец! – процедила Ирка. – Тебе… и твоим подельникам, наверняка ведь ты не один… стало тесно в Германии – и вы явились сюда, на мою территорию? Да тысяча чертей! – вскричала Ирка. Подумала, прикинула на пальцах. – И даже где-то полторы, если считать тех, что по райцентрам живут… Ты всерьез считаешь, мне мало, и я мечтаю, чтоб к ним присоединилась толпа рогатых беженцев из Германии? – проникновенно спросила Ирка, и электрошокер снова плюнул искрами во все стороны.
– У вас серьезных чертей – раз-два и обчелся! – возразил черт Тео. – Основная масса только и может водопроводную трубу когтями прорвать или пенсионерке гипертонический криз организовать!
– Меня устраивает! – безмятежно сообщила Ирка и слегка обиженно добавила: – У меня, между прочим, рядом еще Запорожская и Полтавская области. А полтавские черти – это такие черти… о них Гоголь писал! Хуже их только черти донецкие… И они тоже рядом!
Можно подумать, ей так легко живется с местными рогатыми примитивами и без немецких продвинутых чертей она прямо загибается от скуки! Страшный суд он устроит, ага, щас!
– Насчет Страшного суда я так… для эффекта сказал! – поймав ее недобрый взгляд, вскинулся черт. – Мы, черти, любим эффекты… – И тут же испуганно завопил: – Нет, я не читаю твои мысли, у тебя все на лице написано! Чем хочешь поклянусь!
– Скажи, чтоб меня Пекло забрало, если читаю! – издевательски предложила Ирка.
– Хи-итрая… Сразу сообразила, – глядя на Ирку одновременно с ненавистью и чуть ли не восхищением, процедил черт. – Ладно… – Он шумно выдохнул, снова провоняв всю кухню тухлыми яйцами, и торопливым шепотом выпалил: – Чт-мня-Пек-брало…
– Нормально говори. И отчетливо! – Ирка помахала электрошокером.
Черт блеснул на нее багровыми огнями глаз и покорно повторил:
– Чтоб меня Пекло забрало, если я твои мысли читаю. – И снова протянул: – Хи-итрая ведьма… Только я тоже не дурак! Думаешь, не понимаю: не позволишь ты, чтоб нас, чертей, здесь стало больше!
– Я не так долго знакома с тобой, окаянный, чтоб оценить твои умственные способности, – очень вежливо сообщила Ирка.
– Ты не могла бы не называть меня этими дурацкими прозвищами: куцый, лукавый, игрец, окаянный… – раздраженно попросил черт. – Зови как раньше – Тео. Нам ведь с тобой долго вместе работать, – искушающим тоном добавил он.
Ирка выразительно приподняла брови. Когда не знаешь толком, что сказать, выразительные брови – лучшее средство общения. Лучше их – только хвост. Ирка покосилась на подергивающийся хвост черта.
– Я собираюсь быть с тобой честным… – неуверенно начал черт Тео.
Иркины брови поползли выше – еще чуть-чуть, и окажутся на затылке. Классная фраза – собирается быть честным. Совсем не значит, что будет.
– Да буду, буду! – взвился черт. – Начну врать – ты ложь почуешь, тогда не договоримся. А без тебя у нас против местных никаких шансов!
– Ты так до сих пор и не сказал, с чего бы мне вас против местных поддерживать? – напомнила Ирка.
– А они тебе нужны? Местные? – рассмеялся Тео. – Ты б их в бараний рог скрутила, если б могла! – объявил Тео. – Но у тебя одной… И даже с приятелями твоими… – усмехнулся он, давая понять, что отлично знает, кто такие Танька и Богдан, – сил не хватит. А никто больше с твоими местными чертями разбираться не станет! Ни колдуны, ни ведьмы, ни даже святые. Все тебе скажут – если человека соблазнил черт, то человек сам виноват! Поддался…
– Неправда! – Ирка вскочила. Она не собиралась скрывать, насколько слова черта зацепили ее за живое – да он наверняка знает, вон как ее изучил! – А дети, которых вам, чертям, родители отдают? Они разве виноваты, что их папаши с мамашами – пьянь и грязь, а все равно детьми как хотят распоряжаются по вашим чертовым законам!
