– Почему ты со мной так разговариваешь?
– Как?
– Будто я в чем-то виноват перед тобой.
– Тебе показалось. – Симона отвернулась к окну.
Толстокожий дурак – вот кто он после этого. Она не станет говорить о том, что ждала его появления, ждала хоть какой-то весточки. Ему не нужно знать о том, что ребенка она потеряла не случайно, что ее семейная жизнь хуже каторги, а муж – деспот. Каждому свое.
– Я должен тебе кое-что рассказать.
– Ничего ты мне не должен, – не поворачиваясь, сказала Симона. – Подумай сто раз, прежде чем сказать.
– Мы не виделись полгода.
– Знаю, что из этого?
– Два месяца я провел в больницах, потом – санаторий, мамины заботы. Собственно, она поставила меня на ноги.
– От чего лечился?
– От результатов внушения твоего мужа, – тихо ответил Скуратов, останавливая машину под тенью придорожных лип.
– Что? – Симона резко повернулась. В висках застучало. – Рассказывай.
– Денис Леонидович очень доходчиво объяснил, чтобы я не думал о тебе, не приближался к тебе. Конечно, сделал он это не своими руками. Нанял молодчиков, которые постарались на славу. Сотрясение мозга, сломанные ребра, разрыв селезенки и масса всяких неприятных подробностей.
– Какой ужас…
– Главное, мне сказали, что нечто подобное будет ждать и тебя, если ты…
– Я поняла. Не говори больше ничего. – Симона закрыла лицо руками. – Ты исчез из моей жизни не случайно, но это не остановило его.
– Ты о чем?
– Он бил меня, всячески издевался. Кончилось тем, что я потеряла ребенка.
Лицо Скуратова стало багровым. Он сжал руль с такой силой, что, казалось, он не выдержит и лопнет. Потом резко открыл дверь и выскочил на улицу. Валерий метался, как раненый зверь. Сделав два-три шага в одну сторону, разворачивался и шел в другую, потом обратно. Симона вышла к нему. Стала, опершись о машину, и дождалась, пока Скуратов остановился напротив.
– Ты не должна больше возвращаться к нему, – он осип от волнения.
– Мы встретились случайно. А ты говоришь такие серьезные вещи… – не глядя на него, ответила Симона.
– Ничего случайного. Если бы ты знала, сколько раз я поджидал тебя, сколько раз пытался поговорить.
– Что же мешало?
– Не что, а кто. Например, твой муж или его сестра. Я боялся не за себя, ты же понимаешь. Я не хотел неприятностей для тебя.
– У меня их по горло. – Симона нетерпеливо постукивала пальцами по машине. – Но… если бы я знала, что ты…
– Я люблю тебя.
– Ты уже говорил это однажды, – запрещая себе слушать, Симона быстро села в автомобиль. Валерий сделал то же самое. Он взял ее ладони в свои, легонько сжал, поднес к губам и нежно поцеловал. – О господи… Ты разрываешь мне сердце, Валера…
– Неправда, я хочу сохранить его, хочу снова поселить в нем любовь.
– Зачем я тебе? Ты же всего не знаешь.
– Например.
– Я старше тебя. Ты совсем мальчик. Мне двадцать пять, а тебе двадцать-то есть?
– Недавно исполнился двадцать один. У нас не слишком большая разница. В некоторых случаях и она не имеет никакого значения. И дело вовсе не в возрасте.
– Да? Вот так подарок – идеалист в чистом виде.
– Самый большой подарок для меня – сегодняшняя встреча. Ничего случайного. Я так загадал – сбылось! – быстро проговорил Скуратов. – И мне все равно, что ты немного старше.
– У меня детей может больше не быть.
– Ну и что? Главное, что мы будем друг у друга. Я буду тебя любить, баловать, заботиться.
– Это ты сейчас так говоришь, а когда у всех твоих друзей появятся малыши, ты поймешь, что нам этого очень не хватает.
– Ничего такого я не подумаю.
– Не загадывай.
– Симона, давай я прямо сейчас отвезу тебя к себе.
– Бред какой-то, – заерзала Симона. – Это не может быть правдой.
– Почему?
– Это то, о чем я мечтала… Но я не верю… не верю… – беспомощно оглянулась в поиске своих сумок, хотела взять их и выйти из машины.
– Сумки в багажнике, – словно прочитав ее мысли, сказал Скуратов. – Ты меня услышала. Решайся.
– Вот так сразу?
– Я долго ждал этого, а ты… ты бы тоже ждала, если бы знала, что я не забыл о тебе.
Машина тронулась с места. Скуратов вел ее напряженно, то и дело поглядывая на свою спутницу. Еще пару минут, и они окажутся на перекрестке, когда нужно решить, в каком направлении двигаться дальше.
– Я должна попасть домой, – после паузы сказала Симона. – Там мои документы, вещи.
– Если он что-то заподозрит, он тебя не отпустит!
– Не утрируй. Я же не рабыня Изаура, наконец, – она сама слабо верила в то, что произносила с такой уверенностью.
– Завтра я буду ждать тебя. – Скуратов остановил машину подальше от ее дома.
– Хорошо, в половине двенадцатого я выйду. Оставь машину подальше от дома… – Симона поставила еще несколько условий, которые она считала важными для успешного побега.
– Я буду не один на всякий случай… – Валерий осторожно взял руку Симоны в свою. Он не стал целовать ее, просто легонько пожал, прямо глядя в глаза.
Сестра Скуратова ничего не заподозрила. Симона купила все необходимое и ушла в свою комнату, откуда не выходила до самого ужина. Денис позвонил, чтобы сообщить о неотложной работе:
– Ужинайте без меня.
