Но нежелание окунуться в прошлое чаще всего оборачивается незапланированной и не самой приятной экскурсией. Саша проклинала себя за легкомыслие. Она не была готова к такому повороту событий.
Случилось то, что в один из тоскливых вечеров в ожидании возвращения Владимира из командировки Саша наводила порядок в шкафу. Наткнулась на упаковку презервативов и, глядя на них, подумала, что хватит предохраняться. Прав Никольский – им давно пора завести ребенка. Мальчика, девочку, обоих сразу. Пришел тот замечательный момент, когда она поняла, что готова стать матерью. Но одновременно с этой замечательной созидательной мыслью в голове Саши крутились ужасные перспективы: она видела себя толстой, неуклюжей бабой, едва ковыляющей не в туфлях на шпильках, а в каких-то затрапезных ботиночках на плоской подошве, не поддающихся критике. Лескова представляла, насколько участятся приезды матери – Римма Григорьевна не упустит возможность проявить себя внимательной и заботливой бабушкой. Этого Саша не вынесет, добавить к этому винегрету вездесущую Галину Михайловну – невыносимо!
Саша решила, что ничто так не портит жизнь, как ожидание неприятностей. Именно поэтому она будет думать только о хорошем. Вот приедет Никольский соскучившийся, истосковавшийся по ласке – они проведут с ним незабываемую ночь. Одну, другую, а потом… Потом пройдет время и, проявляя нетерпение, Саша купит тест на беременность. Он конечно же окажется положительным. Сколько счастья отразится на лице мужа – он так давно мечтает о ребенке.
Мыслеформа была запущена, но то ли Лескова была недостаточно искренна, то ли произошел сбой на уровне тонких материй, только все дальнейшее происходило совсем по другому сценарию. Еще неделю Саша ждала возвращения ударившегося в бизнес супруга. Галина Михайловна встречала сына со слезами: так она показывала, насколько соскучилась по нему, как рада ему.
– Сынок, эта ужасная работа отнимает у нас время на общение. Я не привыкла, что тебя так долго нет дома, – Галина Михайловна заключила его в объятия.
– Все в порядке, мама, все хорошо. – Никольский смотрел на застывшую в дверном проеме Сашу. Она хитро усмехалась, видя в таком выражении чувств чистой воды притворство и желание досадить ей.
– Надеюсь, ты теперь надолго? Без тебя дом опустел, – всхлипывала Галина Михайловна, смахивая набежавшую слезу.
– В этом месяце обещаю больше никуда не уезжать.
– Надо полагать, в следующем возможны варианты? – поинтересовалась Саша.
– Возможны, – согласился Владимир. – А пока я, с вашего позволения, приму душ и готов съесть слона.
Свой аппетит Владимир сильно преувеличил. Уставший после нелегкой командировки, он едва нашел в себе силы продержаться за столом, расхваливая то мамин борщ, то отбивные, приготовленные Сашей. От десерта в виде своего любимого торта «Наполеон» Никольский отказался.
– Накормили, напоили, – довольно потирал живот вновь прибывший. – Спасибо.
– Мы старались, – улыбнулась Саша.
– Я буду ждать вас, мадам, – поцеловав жену в шею, шепнул он и отправился в их комнату.
Пока невестка, проявляя адское терпение, вытирала посуду, вымытую Галиной Михайловной, Владимир честно боролся со сном. Так ему не хотелось спать, наверное, с того самого времени, как он готовил дипломный проект. Тогда не спал несколько ночей и, не выдержав напряжения, отключился прямо на полу, на огромных чертежах. В то жаркое лето мама решила не будить его, заботливо подложила под голову подушку и укрыла махровой простыней.
На этот раз глубоко спящим его обнаружила Саша. Она осторожно поправила одеяло, села на край дивана, вглядываясь в усталое, но расслабленное лицо мужа. Очевидно, ему было нелегко выглядеть беззаботным и радостным за ужином. Озабоченность то и дело застывала в его задумчивых глазах, пару раз он ответил невпопад. Галина Михайловна ничего не заметила. Она все время пыталась перехватить инициативу в беседе, воспринимая любую реплику невестки как вызов. Гневные взгляды, замаскированные натянутыми улыбочками, остались без внимания Никольского. Ему было явно не до домашних интриг.
Утром Саша открыла глаза и поняла, почему проснулась. Ее разбудил аромат кофе и свежих тостов.
– Ничего себе! – сладко потянулась Александра. – Кофе в постель, как в старые добрые времена.
– Доброе утро!
– Доброе! – Саша поставила подушку повыше, оперлась о нее спиной и приняла из рук мужа поднос с чашкой кофе и хорошо поджаренными тостами. – Спасибо, так приятно! Все, как я люблю.
– На здоровье.
– Не нужно мне твое здоровье. Лучше скажи «пожалуйста».
– Пожалуйста.
